Святая запрещенка: зачем смотреть сериал «Монастырь» с Ивлеевой
Громы и молнии, душераздирающий женский вопль. Перепуганные монахи выбегают из келий под проливной дождь. Перед ними, у входа в обитель, картинно распростерлась прекрасная блудница. Раскиданные золотистые локоны, дрожание свечей, проникновенный саундтрек Kyrie Eleison в исполнении хора Сретенского монастыря. Дева открывает глаза с разводами водостойкой удлиняющей туши, обводит блуждающим взглядом лица своих спасителей и вопрошает баском Настасьи Ивлеевой: «Я че, померла, што ле?»
Спасибо Министерству культуры РФ и РПЦ, которые не позволили нам упустить из виду новый отечественный сериал «Монастырь» и вовремя его запретили к прокату. Поначалу проект интересовал в основном только поклонников блогерки Ивлеевой. Зато после того, как производителю «Монастыря» – кинокомпании «Лунапарк» – внезапно отказали в выдаче удостоверения для показа в кинотеатрах, аудитория сериала значительно расширилась. После просмотра четырех серий из шести стало понятно: некоторые чувства «Монастырь» действительно коробит. Но – не религиозные.
История начинается с того, что главная героиня с библейским именем Мария уныло прозябает на лакшери-отдыхе в Эмиратах в компании подружки Ангелины и ее богатого «папика». Накидавшись от скуки коктейлями, девушки решают «затусить с бедуинами в пустыньке» и пускаются во все тяжкие. Греховное падение символизируют открытые купальники, неоновый танцпол, веселящие таблетки и страстные поцелуи двух героинь. После нового указа президента это уже может грозить штрафом до 5 млн рублей для юрлиц, кстати.
Впрочем, вскоре к женщинам присоединяются мужчины-серфингисты, и гендерное равновесие восстанавливается. Но ненадолго. Оргию прерывают головорезы разгневанного олигарха, он негодует от непотребства женщин, и Маше приходится спасаться бегством в Россию – налегке, без всяких там «золотых карточек».
Телеведущая тревел-шоу «Орел и решка» Анастасия Ивлеева знает толк в развлечениях, поэтому в роли современной Магдалины выглядит более чем органично.
Даже обидно, что в соцсетях больше обсуждают не ее вполне достойную для дебюта актерскую игру, а обнаженную грудь, сверкнувшую в кадре.
Некоторые даже указывают тайм-код этого потрясающего момента, но до него нам еще нужно досмотреть, а блудливой Маше – успеть спрятаться от своих преследователей за стенами православного монастыря.
Спасителем Марии в святой обители становится отец Варсонофий. Роль Варсонофия исполнил Филипп Янковский, который много лет борется с онкологией. В 2014 году стало известно, что у актера фолликулярная лимфома в третьей стадии. Только недавно он возобновил работу в кино после длительного перерыва из-за очередного курса химиотерапии. Его герой почти светится от болезненной худобы и пронизывает печальным взглядом, который вселяет веру в возможности человека противостоять любым духовным и телесным недугам.
Варсонофий Янковского – мудрый батюшка с травматичным прошлым и сильной психологической подготовкой. Он наставляет паству с помощью прогрессивных ментальных и физиотерапевтических практик.
Прихожанке, которая во время поста мучается от гастрономических искушений (Валентина Мазунина из «Реальных пацанов»), он советует наесться досыта: «Пост не диета. Я даю тебе такое послушание. Пост не только для того, чтобы еду в рот не брать, а еще чтобы людей не есть».
Подростку, пристрастившемуся к интернет-порно, святой отец предлагает альтернативный гайд – почаще с пацанами бегать: «Ты утром долго в кровати не валяйся. Проснулся, встал, зарядка, душ. А в интернете, кроме порнографии, еще много чего интересного есть».
Мужика, который мечтает прибить вечно «квакающую» жену (Евгений Харитонов из сериалов «Заключение» и «ЮЗЗЗ»), батюшка вразумляет: «Молчи, ничего не предпринимай, сразу такую силу почувствуешь, а она – слабость».
Мамашу, которая привела юношу с синдромом Туретта (народная артистка Евгения Добровольская), Варсонофий поучает: «Люби такого».
По той же методике батя-батюшка воспитывает и своего сына Юрия, переживающего острый пубертат (Марк Эйдельштейн – «Смычок»): «Видишь женщину – не бойся, смотри на нее, как на цветок».
Но морально-нравственное исцеление падшей женщины Марии-Ивлеевой еще впереди. Варсонофий отправляет Машу в женскую обитель, где царят тюремные порядки. Там всем заправляет жесткая настоятельница Елизавета (Наталья Кудряшова – «Конец сезона»), которая эксплуатирует бесплатную рабскую силу послушниц, не дает им аптечку, а сама регулярно прикладывается к стакану с подозрительной жидкостью. Елизавете во всем потакает местная надсмотрщица Патрикея (почти неузнаваемая Мария Миронова в круглых очках с лицом старой картофелины).
В интервью к премьере «Монастыря» Анастасия Ивлеева рассказала о панической атаке, которая возникла у нее во время съемок. Странно, что возникла только одна: очень уж гнетущая атмосфера в доме праведниц.
Но именно здесь героине предстоит подумать об ошибках молодости, разгребая навоз и причащаясь к праведной жизни. К счастью, навоз в кадре появляется нечасто. Оператор Сергей Трофимов вдоволь наснимал красивые купола, арочные своды, иконы и фрески храмов.
Съемки проекта проходили в двух монастырях Вологодской области, которые сегодня по статусу – музейные комплексы. С красивостями в «Монастыре», пожалуй, даже перебор: монахини строятся ровными рядами, солнце ложится на лики божественно, а пасхальные куличи выглядят словно на флэтлее в запрещенной соцсети. Оказавшись в таком благолепии, казалось бы, кайся – не хочу.
А вот почему-то не хочется. Не проникает сериал «Монастырь» в сердечко. Может быть, дело в режиссере Александре Молочникове, от которого ждали большей провокационности, особенно после его недавнего смелого интервью Юрию Дудю* (признан иноагентом) и увольнения из Большого театра из-за позиции по политическим вопросам.
Может, из-за сценаристки Александры Ремизовой – автора топовых сериалов «Триггер» и «Нулевой пациент», которая слишком часто использует конъюнктурные темы как будто бы чисто ради хайпа.
Возможно, нас подводят собственные завышенные ожидания от сериала про духовное перерождение. «Монастырь» выстроен на противопоставлении грешности и святости, мужского и женского, дьявольского и божественного.
Но тема подается в лоб, навязчиво и никакого откровения, а уж тем более духовного просветления за собой не влечет. Ощущение, что создатели тему не дожали.
«Монастырь» так и остался: комедией положений – но не смешной, фарсом на церковь – но робким, драмой о выборе жизненного пути – но поверхностной.
Зато сериал успел всех оскорбить. Не только верующих, которые, конечно, хотели бы видеть документальный фильм о жизни в монастыре, но и феминисток, например. Фем-сообщество покоробила и интенция «смотри на женщину как на цветок», и обилие персонажей с навязчивой идеей совокупиться с объектом – Ивлеевой, и идея некой греховной матери, которая повинна во всех горестях святого отца и его сына.
Но главный оскорбленный в этой истории – екатеринбуржец Сергей Зайцев из малоизвестного, но деятельного сообщества «Зов народа». Да, это наш соотечественник, который настучал в Минкульт на сериал «Монастырь». Активист старался, писал жалобы, его услышали, и на этом основании в прокате проекту отказали. Однако любопытные сразу уселись смотреть картину, которая дает «искаженное представление о монашеской жизни», «формирует неверное представление о русском православии» и оскорбляет религиозные чувства верующих.
Зритель перекрестился, включил кинотеатр "Кинопоиск" и тут вдруг слышит:
- Даже если между людьми что-то было, они не обязаны друг друга любить.
- Как?!
- А вот так!
Ух, откровение. Сериал Молочникова тоже любить необязательно, но вечерок-другой просмотром можно позаниматься. Предварительно помолясь, конечно.
Наталья Пирожникова специально для ЕАН