Геннадий Эдуардович Бурбулис Один из ближайших соратников первого президента России Бориса Ельцина. В 1991—1992 годах- госсекретарь и первый заместитель председателя Правительства России. Депутат Государственной думы РФ I и II созывов (1993-199). Вице-губернатор Новгородской области (2000—2001), член Комитета по конституционному законодательству Совета Федерации (2001—2007). Основатель Народного университета российского конституционализма
Проект изменений в Конституцию России принят Госдумой в первом чтении. Второе было назначено на 11 февраля, но, похоже, что-то пошло не так: спикер Вячеслав Володин неожиданно заявил о возможности переноса заседания на начало марта. У некогда второго человека в государстве, который знает об основном законе все, Геннадия Бурбулиса есть свои ответы на вопросы о том, что скрывается за происходящим, по своей ли воле ушел Медведев, почему так торопится Путин и чем все это может для нас закончиться.
- В Екатеринбурге элиты обсудили проект предлагаемых изменений Конституции. Дискуссии не получилось, все и все с восторгом одобрили и через час разошлись. Всеобщий «одобрямс» в таком важном, казалось бы, деле – это нормально?
- Это та ситуация, когда есть системная неопределенность даже в хронологии. Давайте вспомним.
15 января - послание президента Федеральному собранию. Основная часть - поручение Владимира Путина о поддержке малоимущих и многодетных семей.
На мой взгляд, совершенно правильное направление. Длительное многолетнее увеличение числа бедных, счет идет уже на миллионы - это недопустимо и неприемлемо, это обижает и оскорбляет наши с вами, если угодно, национальные чувства. Все усилия в этом направлении я безусловно приветствую и уверен, что они могут быть реализованы.
Новый план Путина. Как изменится Конституция России21 января 2020 в 07:41
- Это один из посылов, который никто не понял. О чем на самом деле говорит Путин? В «московских гостиных» есть какое-то сокровенное знание?
- Стараться найти для себя ответ на этот вопрос, а также на вопросы о том, как к этому относиться, как в этом участвовать, с чем соглашаться, а с чем не соглашаться, - это уже производная.
Мне показалось, что этими словами президент признает и говорит нам: «За 20 лет моего президентства у нас не сформировалось единой системы публичной власти». Система безупречной вертикали власти, которую иногда называли системой ручного управления, в настоящий момент, по мнению самого президента, уже неэффективна. И нужно эту систему власти и управления усовершенствовать.
Дальше начинаются конкретные соображения - то, что сейчас обсуждается в экспертных сообществах с нескольких позиций. Первое - что стоит за Госсоветом, этим титульным и многообещающим образованием? Второй вопрос - о наших конституционных обязательствах. Будет ли соответствовать их новая редакция нормам международного права? Возможности быть в современном глобальном мире надежным и предсказуемым субъектом правовой стратегии и тактики?
- Еще один общий вопрос: к чему такая спешка с изменением Конституции?
-Мне кажется, что предлагаемый вариант - быстро-быстро вынести предложения президента на голосование в Госдуму, быстро закрепить их Советом Федерации...
Я почему-то надеюсь, и, мне кажется, это было бы правильно, что в итоге у нас не будет такого форсированного безоглядного движения.
- …Но они в первом чтении уже все приняли и дата второго назначена - 11 февраля (позднее стало известно, что власти готовы перенести заседание на конец февраля и даже на начало марта, – прим. ЕАН).
- Да, но я почему-то надеюсь, где-то внутри себя эту надежду разогреваю, наверное, чтобы обеспечить свою личную лояльность этому процессу, что такого не будет.
Безоглядное, форсированное, поспешное закрепление этих норм в проекте поправок к Конституции, на мой взгляд, не добавляет доверия к конституционным принципам управления. Идя таким путем, мы в некотором плане демонстрируем надежду на чрезмерную пассивность какой-то части общества и неспособность другой части общества внятно этому что-то противопоставить.
- Радикальная часть оппозиции уже зафиксировала термин «антиконституционный переворот».
- Некоторые сообщества действительно собираются критиковать и осуждать инициативу президента и уже критикуют, в том числе и в предельно жесткой форме.
Общий фон, на мой взгляд, следующий. Произошел непредвиденный сбой в государственной машине. Он проявился прежде всего в том, что Владимир Путин, формулируя 15 января Федеральному собранию и обществу свои предложения, не ожидал, что возникнет такое обострение ситуации в виде отставки Дмитрия Медведева с поста председателя правительства.
- То есть, по вашей версии, она не была согласована предварительно.
- Судя по всему, что за этим последовало, и по тому, в каком виде и как последовало, можно с достаточной вероятностью допустить, что отставка не была согласована. Об этом может, в частности, говорить поспешность в назначении нового премьера Михаила Мишустина и еще более поспешное обновление кабинета.
Да, одни ушли, другие пришли. Но где концептуальное обоснование персон? Где обоснование задач, которые перед ними ставятся? Мы этого пока не слышим и не видим. Все, что произошло с правительством, доказывает, что процесс пошел в непредсказуемом сценарии и теперь надо быть внимательным, эта неопределенность проявляется и в обсуждении поправок к Конституции.
- Еще одна из претензий к предложенному сценарию изменения Конституции – отказ от проведения референдума и замена этого «всенародным голосованием». При этом действующая Конституция образца 1993 года принималась таким же образом, но об этом сегодня почти не вспоминают.
- Референдум по действовавшему тогда законодательству назначал Съезд народных депутатов. Но после кровавых событий в Москве 3-4 октября 1993 года этот орган прекратил свое существование. То есть правовых оснований для назначения референдума у нас тогда просто не было и была найдена формула «всенародное голосование». Позитивная и компромиссная формула.
Но давайте не будем ставить знак равенства. Не будем забывать о том, что текст действующей Конституции готовился на широком представительстве конституционного совещания. Работали предметные группы и согласительные комиссии, была тщательная доработка не только общей структуры, ее глав и частей, но и конечных формулировок, каждой статьи. Все это прошло через горнило конституционного совещания. Только это позволило преодолеть тяжелейший кризис государственной власти и избежать дальнейших потрясений. Подобных тем, когда автоматчики разъезжали на грузовиках по Москве и штурмовали государственные объекты.
Конституция России высший нормативный правовой акт РФ. Принята на всенародном голосовании 12 декабря 1993 года. Закрепляет основы политической, общественной, правовой, экономической, социальной систем, основные права и свободы личности, федеративное устройство, статус органов публичной власти, порядок пересмотра Конституции и внесения в неё поправок. Второй раздел служит основой преемственности и стабильности конституционно-правовых норм. Корректировалась более десяти раз из-за изменения названий субъектов РФ
Наша Конституция вырабатывалась в чрезвычайных обстоятельствах и несла на себе их отпечаток. Но она не была спонтанным документом. Конституционная комиссия начала работать с июня 1990 года. Когда была принята Декларация о суверенитете РФ, мы сразу заложили важный формат: Декларация – это основа будущей Конституции. Была сформирована конституционная комиссия, ее возглавил Борис Николаевич Ельцин, Олег Румянцев был секретарем. Комиссия с разной степенью интенсивности работала два года, и ее труд праведный очень пригодился в 1993 году.
- При этом в итоге запредельной общественной поддержки Конституция 1993 года не было, проект поддержали чуть более половины проголосовавших россиян.
- Да, критического большинства не было, но все было достаточно объективно.
Мы чуть более месяца назад, 12 декабря 2019 года, осуждали эти проблемы на форуме в Ельцин Центре и ввели два очень важных, на мой взгляд, термина: «умная свобода» и «стоический конституционализм».
Российский конституционализм 1993 года был основой и опорой для мирного сосуществования и развития. Хотя мы знали и понимали, что явочно иногда нарушаются принципы конституционного правления и с точки зрения российского федерализма, и с точки зрения независимости судебной власти, и сточки зрения равноправия субъектов на федеральное бюджетирование, справедливое распределение благ и так далее.
И последние годы многое складывается вопреки нормам и ценностям Конституции. Концепция «умной свободы» - это призыв учиться друг у друга конституционному, свободному жизнеустройству и управлению. А стоический конституционализм надо поддерживать и укреплять по канонам классических стоиков: делай, что должен, и живи по закону. И тогда можно уберечь друг друга от непредвиденных испытаний конъюнктурой текущего момента.
- Плюсы в сегодняшней конституционной истории есть?
- Повторюсь. Я надеюсь, что в итоге у нас не будет форсированного принятия поправок. Не будет формального и дежурного прикрытия в виде народного голосования для поддержки нового текста.
Но я вижу и огромный смысл в происходящем, и это смысл положительный. Вся эта внезапность и форсирование полезным образом помогает гражданам вспомнить о том, что у нас есть Конституция. Для многих граждан это повод познакомиться с текстом Конституции, подержать ее в руках, полистать, убедиться в ее серьезности и значимости.
Конституция - это гражданская библия для общества, это сборник заповедей, зная и понимая которые, сопереживая которым можно согласованно и успешно сотрудничать друг с другом. И власти с обществом, и разным поколениям.
Конституция содержит тот образ желанного будущего, отсутствие которого в последние годы серьезно сказывается на консолидации нашего общества. Надеюсь, что для молодежи происходящее сейчас, этот взрыв вынужденного интереса к Конституции - это благо. Есть возможность познакомиться с ней и воспринять эту ответственность за ее качество, за поправки к ней, проявить ответственное персональное участие.
- А вы чувствуете этот интерес? Мне кажется, что на фоне повседневных вещей, китайского вируса все это проходит абсолютно не замеченным широкими массами. Или Конституция как история для элит и сопутствующая этому общественная апатия – это нормально?
- Мы не можем надеяться на то, что в каждом ЖЭКе, в каждом дворе на лавочках, в каждой школе, вузе и на каждом предприятии наперебой должны обсуждать и вносить свои предложения. Общий повышенный интерес к теме сформирован, хотя он не такой активный, чтобы считать его новостью дня и непрерывно об этом думать..
У меня давно есть романтическая мечта, две идеи. Во-первых, указом президента установить следующую норму: при вручении паспорта вручить и именной текст Конституции, в котором типографским способом будет отпечатано обращение: «Уважаемый Иван Иванович!» Это не ритуальная вещь, от такого сценария была бы практическая польза.
Второе – при назначении на ту или иную должность соискатель обязан сдавать какой-то конституционный минимум, экзамен, как в спецпрофессиях получают справку от медиков о здоровье. К примеру, кандидат на должность свердловского министра, замминистра, главы департамента должен сдать такой экзамен, и сдать не как фикцию и демонстрацию, а именно как реальный экзамен. Ведь человеку доверяется власть.
Может быть, после сегодняшних испытаний у нас и возникнет потребность в формировании таких традиций.
- Страх перед изменением Конституции – это не архаика? Тем более сегодня, когда раз в 5 лет ученые «рожают» что-то такое, что полностью меняет нашу жизнь. Оперативное реагирование на меняющиеся реалии – это плохо для основного закона?
- Думаю, истина где-то посередине. Как основной закон Конституция нуждается в устойчивости и статичности. Но практика изменений не является запретной, они вполне могут быть оправданными и эффективными.
Но при этом всегда хочется ясности и понятности: что меняем, зачем меняем, что произойдет с правами человека, как органы власти повысят свою ответственность за результаты своего труда?
- И все-таки почему так спешит Путин?
- В 1993-м мы спешили потому, что ситуация была чрезвычайная, но даже в таких условиях было найдено эффективное и легитимное решение по выходу из нее.
Сейчас другие реалии. Мы живем в обостренном состоянии мирового сообщества. Угрозы современного глобального мира носят характер непредсказуемый. Ядерные державы обязаны каким-то особым образом сплотиться и консолидировать свою ответственность перед вызовами, а это терроризм, национализм, популизм, "тихая" и "горячая" война за передел ресурсов и сфер влияния. В мире копится опасная энергия зла и конфронтация.
Путин, очевидно, принимает это во внимание в своей внутренней политике, и, может быть, те новации, которые внедряются в новый текст Конституции, в его понимании и видении позволят укрепить и консолидировать страну.
Но пока, повторюсь, все это выглядит так поспешно и форсированно, что вопросы к происходящему остаются.
