March 3, 2017, 12:25 PM

Рок-певица Настя Полева: «И под бомбами нужно находить моменты для счастья»

Легенда свердловского рока рассказала о своей жизненной философии и секретах написания песен

Первая леди русского рока Настя Полева решилась на интересный ход. Лидер одноименной рок-группы с больших концертных площадок намерена обратиться к теме квартирников. И это несмотря на то, что, по словам исполнительницы, концерты с узким кругом слушателей даются ей тяжело. У певицы большие планы: трибьют Илье Кормильцеву в Москве, фестивали, сольные концерты. Как призналась Настя, она собирается также написать песню, посвященную Екатеринбургу. Корреспонденту агентства ЕАН удалось поговорить с легендой. О своей жизненной философии, секретах творчества и о том, какой фильм она никогда не будет смотреть, читайте в нашем интервью.

О новом альбоме и секретах песен

- Скажите, а почему вы проводите квартирник в ресторане, где все-таки нет непринужденной атмосферы? Вы же помните классические квартирники 80-х годов, где музыканты получали деньги посредством сборов в шляпу. И каждый передавал столько, сколько мог. А тут же фиксированная цена и очень формальная атмосфера, при этом фигурирует девиз «Квартируем по-семейному». Почему не решили в какой-нибудь квартире сыграть?

- Это просто формат. Не более того. Некий междусобойчик. «Би 2», например, квартирники в залах даже играют. Я прошла мимо барной стадии развития музыкантов. Когда они набивают руку и выступают в кафе, барах, маленьких залах. Сразу же вышла на большие концертные площадки. А сейчас начала играть квартирники. Но мне тяжело играть для узкой группы лиц. Мне нужна дистанция, хотя бы небольшая. «Мне тяжело играть для узкой группы лиц. Нужна дистанция»

- Перейдем к вопросу о дистанции. Певица Чичерина, например, живет без мобильного телефона. Как вы относитесь к такой мобильной отрешенности?

- В соцсетях я не зарегистрирована и не планирую. Пользуюсь почтой и различными мессенджерами для связи. Мне кажется, Чичерина выбрала такой образ намеренно. Знаю о том, что с самыми близкими Юля общается через телефон мужа. Но можно жить и без мобильника. Были времена, когда у нас были только домашние телефоны. А сейчас связаться со всеми можно мгновенно, в том числе и насчет организации концертов. Но, с другой стороны, ты живешь как под микроскопом. Буквально твой скелет изучают.

Соцсети забирают у человека время на саморазвитие.

Это некая фальшивка. 

- В интервью одному из изданий вы сказали, что очень много времени тратите на каждую работу и стараетесь делать немного музыки и стихов, но красивых. Цитата ваша звучала так: «Не нужно поддаваться тому стилю жизни, который навязывает жесткая действительность. Нужно давать людям красоту». Но ведь сейчас бешеный ритм, все быстро забывается. Не боитесь, что вас могут забыть из-за того, что вы независимы от новинки?

- Нет, не боюсь. Музыка всегда остается, если она хорошая. Она может быть записана давно и не в таких качественных студиях, как сейчас. Иногда очень удачно записана. Зачастую записи групп, сделанные еще в 80-е годы, звучат очень современно. Например, группы «Кино».

- Год назад вы говорили, что материал для нового альбома будет готов в 2016 году. Готов ли новый альбом? Как он будет называться?

- Альбом сейчас находится в стадии создания. Рабочего названия пока нет. Могу сказать, что уже написана музыка, созданы стихи для песен. Пока все не соединено в песни. Сейчас работаю над этим. О сюжетах, которые появятся в новом творчестве, пока не могу сказать. Но постараюсь вам объяснить тонкости своего творческого процесса.

Когда все в набросках, музыка диктует мне содержание.

А в самих стихах есть пара строчек, от которых я отталкиваюсь для написания музыки. Потом же эти мысли я раскручиваю дальше, и когда все это приобретет законченный вид, появляется песня. Что касается своих планов, то я всегда рассказываю про них, когда они свершатся. А вообще предпочитаю тщательно все делать. Меня никто не подгоняет и не насилует, все идет, как идет.

- Вы говорили в одном из интервью, что ходите к педагогу по вокалу, несмотря на популярность и отличные вокальные данные. Продолжаете это делать? Какие изменения в себе почувствовали? И что вас заставило это сделать?

- У меня было три момента в жизни. Меня сначала отправили к оперной певице, на курсах которой я занималась. Она поняла, что из меня оперной певицы не выйдет и даже народной. Потом меня чуть-чуть тренировала Наталья Романова, которая работала с «Апрельским маршем». Она мне тоже помогла. Недавно познакомилась с сольным оперным певцом, он разработал свою систему, при которой любого можно распеть. И он мне сильно помог.

Я улучшила механику своего голоса, перестал уставать голос.

Я не хрипну. Исчезли те проблемы, которые мне мешали. Если заболело горло, ты будешь чувствовать себя лучше, чем вчера. Хотя, я, конечно, хожу на занятия далеко не каждый день.

- Вы ведете достаточно активную концертную деятельность. На каких фестах вас ждать в этом году?

- Не считаю, что очень активную. Скорее, среднюю. Осенью я выступлю на трибьют-концерте в честь Ильи Кормильцева в «Крокус Сити холл» в Москве. Вместе со всеми музыкантами буду петь песни с проекта «Иллюминатор». Будет концерт в честь выхода первой части фильма «Брат», в этом году 20-летие с выхода картины. И тоже осенью, скорее всего. Что касается «Нашествия», то не планировала в этом году там появиться. Возможно, выступлю на пермском фестивале Rock Line. 

- В ваших песнях много природы, пейзажей. «Море Сиам», «Мосты над Невою», «Летучий фрегат». Ряд можно продолжать. А какие мотивы вам наиболее близки? 

- Для меня всегда важно получить или дать какую-то ценную культурную информацию посредством текстов и стихов. Понятно, что поп-музыкант, как правило, пишет и поет про любовь. Хотя любовные баллады ценятся и в роке. А вот тема одиночества очень избита в роке.

О земляках и свободе

- Давайте поиграем в трансформер. Представьте, что вы сейчас формируете екатеринбургский рок-клуб. Какие бы группы отобрало строгое жюри в лице вас?

- Из тех, что я знаю, меня впечатляют «Айфо» и «Алоэвера». Конечно, «Курара». Они уже опытные и маститые. Мне кажется, что если бы свердловский рок-клуб возродился под вывеской екатеринбургского рок-клуба, то все его почетные члены вошли бы в новый союз автоматически.

У «Айфо» очень тщательный подход к аранжировкам и к насыщению музыки. В песнях ребят очень качественный звук, интересное оформление музыки, есть творческие поиски. Замешаны и речитативные мотивы. Группа выглядит как единый механизм.

- Вы рассказывали, как ребенком лазали в заброшенный дом Ипатьева. А есть ли еще места в Екатеринбурге и Санкт-Петербурге, где с вами происходили забавные и интересные случаи? Расскажите.

- В доме Ипатьева подвал был заколочен. Не советовала бы никому соваться в это здание. Там действительно мистическое место. С тем миром нужно быть осторожным, аккуратным, не проникать туда. Не лезть, куда не надо.

В очень интересные места ходили, когда я училась в школе. Могу вспомнить походы по области. Мы забредали в такие таинственные места, которые похожи на аномальные зоны в Карелии. Там есть просто проклятые места, где пропадают люди.

Иногда мы набредали на забытые часовенки, где люди охраняли веру.

Они были возведены на болоте, там были иконостасы. И это выглядело необычайно контрастно, так как на территории страны был атеизм, исходящий от государства. Что касается маршрутов, то я их не помню. Мы собирались и ходили с учителями в походы в 12 – 15 лет и делали это каждое лето. В день проходили по 50 километров. Ночевали в палатках, если позволяла погода.

Ходили и к озерам. Что касается Екатеринбурга, то ходили слухи о тайных укрытиях под землей, но насколько все это правда, я не знаю. 

Меня всегда интересовала история родного края. Например, Демидовы, жизнь Бажова. Кстати, это один из моих любимых писателей.

- Ваш друг и гитарист вашей группы Егор Белкин очень негативно относится к проекту Глеба Самойлова под названием The Matrixx. А как вы оцениваете все, что происходит между братьями Самойловыми?

- Егор говорил, что это жесть. И что чернуха прет изо всех ушей в новых песнях Глеба. Тем не менее считаю, что он умеет вскрывать темные стороны жизни и копаться в этом. При этом использует очень простые выразительные средства. Он очень много читает. А вообще это эрудированный человек, как Кормильцев и Балабанов. Ссору между братьями Самойловыми я категорически осуждаю.

- В сборнике «Иллюминатор» на стихи Ильи Кормильцева, который недавно вышел, вы поете песню «Твоя тень». При этом ее исполняют Thomas Band и Саша Самойленко на этом же альбоме. Вы знали, что ваша версия в трибьюте будет не единственной?

- Нет, не знала. Об этом знал человек, который делал эту песню и который предложил мне ее. Он мне дал вариант, и я сказала, что адаптирую текст от женского лица. Он был не против. Что касается самойленской версии, то она достаточно старая. После распада «Наутилуса Помпилиуса» Самойленко выложил в Сеть все свои стихи и музыку. Там была и эта песня. А также все то, что не использовал Бутусов. И спустя время каждый что-то нашел в этих записях для себя. Я не стала волноваться, потому что в наших версиях абсолютно разный подход . Я, в принципе, хотела сделать кавер и потом решила изменить заготовку. Мне хотелось проникнуться этим текстом.

- У Ильи Кормильцева на закате его жизни появилось протестное издательство под названием «Ультра культура». Он выпускал серию книг про жизнь запрещенных людей. Среди изданных им произведений и такое провокационное, как произведение Субкоманданте Маркоса «Четвертая мировая война». Читали ли вы книги, изданные «Ультра культурой»? Каково ваше мнение насчет этого проекта?

- Он мне давал переводы этих книг. Почему-то издание данных книг было под запретом. Почему – я не понимала. Это же мировая литература. Илья Кормильцев был всегда против любой власти, против всех. Но против не власти как явления, а против людей, в чьих руках была власть.
Но за 10-15 лет невозможно изменить то, что наворотили за сотни лет.

Вернуть свободу в голову очень трудно. Научить людей с ней обращаться – еще сложнее. Не говорю уже про выдавливание из них рабов.

В его стихах было мало позитива. Свободомыслие в нем было лакмусовой бумажкой, оно перехлестывало. Я же, наоборот, считаю, что жить нужно миролюбиво. Он знал, что в нем есть эта ядовитость, но ничего не мог с собой поделать. Были вещи, в которых он был более прозорлив, чем мы. Много знал, получал достоверную информацию. Возможно, он считал нас дебилами. Его отношение к миру было окрашено в печальные тона, и мне это очень не нравилось. Я пыталась с ним спорить и убеждать его в том, что таким негативным отношением он убьет себя. Говорила: «Ты же себя съешь!»

На мой взгляд, человек должен быть счастливым в любой ситуации.

И под бомбами нужно находить моменты для счастья.

- Алексей Балабанов, в фильмах которого вы появлялись, был фактически королем экспромта в российском кинематографе. А как вы считаете, кино нужно снимать одним дублем или же как следует работать над каждым из них? Какой из фильмов Балабанова вас впечатлил больше всего?

- Не согласна с вами, что Балабанов был королем экспромта. Он все тщательно продумывал всегда. Знал каждую секунду. Он один из лучших режиссеров последнего времени. Он всегда знал, что нужно делать. Актеры и весь персонал всегда любили работать с ним, потому что в нем не было прострации. Вся подготовка шла заранее. Мне нравятся все его фильмы. Самыми любимыми могу назвать «Морфий» и «Я тоже хочу». Мне нравится «Замок».

Но есть фильм, который я никогда не буду смотреть, - это «Груз-200».

Хотя, может, и созрею когда-нибудь.

Я понимаю, что Алексей Балабанов – это тоже не оптимист.

- Мы сейчас с вами перешли к теме свердчеловека. Актер Алексей Серебряков однажды сказал, что Екатеринбург – это место, где рождаются сверхпассионарные люди. Как вы считаете, он прав?

- Считаю, что он абсолютно прав. Когда я приехала в Свердловск поступать в институт, он мне показался такой же столицей, как Москва и как Петербург. Это фантастический город. Он постоянно развивается, тем более сейчас. Всегда тут будет куча талантов. Тут, конечно, есть и ужасы. Но не отнять постоянного прогрессирующего витка у города. Считаю, что Екатеринбург – это третья столица.

О шаманстве в культуре

- Вы затронули творчество Виктора Цоя. Сейчас есть такая группа «Солнечные дни», которая поет рок-песни с симфоническим оркестром. При этом лидер команды Игорь Соколов старается копировать Цоя. Как вы считаете, это оттягивает славу у Цоя? Ведь народ, который никогда не слушал Цоя и пришел на концерт, может подумать, что эти песни принадлежат Соколову. Или вы полагаете, что это некая дань?

- У Цоя есть одна особенность. Собственно, как и у Высоцкого. У них есть специфическая голосовая подача. Не люблю, когда перепевают песни Цоя, Высоцкого. Больше 50% восприятия песни формирует голос, своеобразная подача. Конечно, я не против того, чтобы эти песни пели. Но я за то, чтобы музыканты показывали свое творчество, привносили что-то новое в культуру. Считаю, что у Цоя был очень характерный, индивидуальный голос.

Но этот шаманизм не передается при помощи других голосов.

Это эксклюзив. Есть песни, которые можно перепеть через 20, 30, 40 лет. Иногда каверы даже лучше, чем оригиналы. Но есть исключение. 

- Вы очень верующий человек. Читал, что совершали паломничество на Валаам. А есть ли еще в планах паломничества?

- Это было не паломничество, а скорее, туристическая поездка. Массовый заплыв от представителей культуры. Разумеется, я воспользовалась этим.
Я не слишком верующий человек, но знаю обычаи, обряды. Не так много времени уделяю обращению к Богу, как, например, Костя Кинчев.
Беседовал Павел Пивоваров. Европейско-Азиатские Новости.

Комментировать