July 13, 2020, 12:35 PM
Ольга Лобовикова

«Детдом на удаленке». Что происходит с воспитанниками социальных учреждений на карантине

По информации Пенсионного фонда, 123 человека в Свердловской области на время карантина взяли к себе в семьи воспитанников детских домов. Временными приемными родителями стали во многих случаях сами сотрудники учреждений – для них это своеобразный вариант работы на удаленке. Из бюджета им выплачивается дополнительно по 12 130 рублей в месяц за каждого взятого ребенка.

ЕАН поговорил с работницей такого учреждения, расположенного за пределами Екатеринбурга. Она рассказала, как взяла в семью трех мальчиков. Один из них учится в младшей школе, двое других – старшеклассники. Про кошмар дистанционной учебы, специфику воспитанников, совместный быт и социализацию – в материале ЕАН.

Все имена в материале изменены. Героиня опасается, что открытый разговор о проблемах детских домов Среднего Урала и подробностях судеб некоторых детей может обернуться для нее неприятностями.

-Вера Петровна, расскажите, как вы решились на такой шаг?

-В начале апреля появилась информация, что нам придется работать, не покидая территорию детдома по 14 дней, а потом директор сказала, что можно взять детей к себе и работать как бы на удаленке. Решили выбрать второй вариант.

Посоветовалась с сыном, он согласился. Взяли троих ребят.

Раньше многие из моих воспитанников уже бывали у меня дома. Приходили – пили чай, телевизор смотрели. Дело в том, что наши дети ходят в общеобразовательную школу. Допустим, к Новому году задают проект с фотографиями «Как ваша семья встречает Новый год». Приходится фотографировать свою квартиру, ребят туда приводить. Иначе какая семья? С другой стороны, мы, конечно, и в группе тоже семья.

 История свердловского детдома: «Воспитательница заставляла нас мыться при ней. Ей за 60»-Чем занимались воспитанники вашего «детдома на удаленке»?

-Мы ездили в сад – листву убирали, на качелях качались, ездили на озеро. К нам приходила моя дочь Женя с маленькой внучкой.

-Получается, что это не совсем изоляция, ради которой все это затевалось?

-Конечно, к чужим мы не ходили. Но Женя помогала уроки учить. Да и гулять-то все равно надо.

-В условиях ограничений многие взвыли со своими-то детьми, особенно с учетом дистанционного обучения? Как вы справлялись?

-Да, учить уроки – было самое тяжелое. Они занимали большую часть времени. Нам выдали планшет. Сначала с одним все учишь, потом - с другим.

Вставали в 09:00. Ко мне приходила дочь. Мы разделились: дочь занималась с Витей, он учится в младшей школе, а я брала старшеклассников. Где-то в интернете что-то подсматривали. Сын у меня тоже в седьмом классе – он помогал. Они делали вместе с Колей контрольную работу по иностранному, так Николка пятерку получил, учительница даже удивилась. Начнем в 09:00, перерыв на завтрак, на обед и часов до 17:00 бывало что делали уроки. Очень тяжело. Прямо вот хотелось позвонить учителям и сказать: что же вы так много задаете?! С ума сойти можно.

Да задания еще такие! Кстати, до всей этой изоляции с уроками в чем-то было даже сложнее.

 Дистанционный смотритель: как учителя в Свердловской области сегодня проводили уроки-Почему?

-Без доступа к информации, которая в сети размещена, многие задания выполнить невозможно. Классы оборудованы, но иной раз бывает, что библиотекаря нет и нет доступа к интернету. Мне приходилось приносить домашний ноутбук с флешкой.

Понятно, что у домашних все это есть. А у нас только сейчас сделали, когда дети начали учиться дистанционно, им купили планшеты, появился wi-fi. А раньше этого удовольствия у нас не было.

-А для детей вообще не травматично, что их берут на месяц, а потом снова возвращают в детдом?

-Они изначально знают, что они поедут просто в гости – смена обстановки, не больше. Мы им сразу говорим, что никаких иллюзий. Насчет нас они иллюзий точно не питают. Потому что понимают, что я сотрудник. Женя у меня тоже переживала: а вот если мы к ним привыкнем?

Для детей в любом случае полезно пожить вне учреждения, чтобы посмотреть, какова жизнь на самом деле.,

-Насколько домашняя жизнь отличается от детдома?

-Наши дети выходят из учреждения и видят все в розовом свете. Родным детям в обычной жизни не покупают столько подарков, например, на Новый год.

В детдоме пишут письма Деду Морозу – и заказывают подарки стоимостью от 1 до 5 тыс. рублей.

Спонсоры приезжают, разбирают эти письма. Есть предприятие - наши шефы. Кто из детей хорошо себя ведет и хорошо учится, тоже получает подарок до 5 тыс. Каждый год наши дети ездили на поезде здоровья в Краснодарский край.

Не каждый родитель может себе позволить каждый год возить ребенка отдыхать на юг. Наши дети поломали телефон – говорят, я хочу второй. Понятно, что это деньги с их счетов – кому-то опека разрешает, кому-то не разрешает снимать эти деньги.

Наши дети не хуже других одеты. Мы ходим в «Спортмастер». Дети приходят в магазин и выбирают то, что им хочется, не смотрят на цены. Я им, конечно, пытаюсь объяснить, что это дорого. А они думают, что всегда так будет.

Если бы они жили со своими настоящими неблагополучными мамами, они бы этого никогда не видели, никогда бы так не одевались и не ездили на юг. И все им это дается легко. Говоришь им, учись хорошо, мы тебе купим. Им покупаешь, а они учиться не хотят. Когда они выходят, думают, им будут прощать их проступки.

А на гостевом режиме они социализируются. Допустим, Витя у меня сейчас ходит за продуктами. У нас есть хлебный ларек. Я ему пишу, что купить, даю ему деньги. Он как-то социализируется, общается с людьми, стоит в очереди.

Да и я узнаю их с другой стороны. Кто-то лунатит, кто-то храпит, кто-то боится спать один…

 «Бог неслучайно не дает детей». Екатеринбурженка рассказала, почему вернула ребенка в детдом 

-Что вас мотивирует, насколько важны деньги, которые вам платит государство за «детдом на удаленке»?

-Просто это мои дети.

Да, нам государство выделило деньги. Мы их называем «путинские». За каждого нам выплатили по 12 тыс. 300 рублей в месяц. И нас не обидели на работе, на детей выдавали сухие пайки.

И при этом сидишь дома, делаешь домашние дела – не надо ходить на работу. В каком-то смысле как в отпуске. Но с работой на дому. Никуда не надо ехать, идти, вставать рано. График не такой напряженный.

Хотя когда была учеба, я устала как собака. Но все равно как-то интересно и весело.

-Расскажите, пожалуйста, про ребят, которых вы взяли.

-Витя. Точно не знаю, почему попал в детский дом, – что-то случилось с родителями. Его потом забирали в приемную семью. Но вернули. Спрашиваю, что случилось, – говорят, он бросался на приемную мать с ножом. Смотрю на него и не понимаю. Спрашиваю, Витя, что ты мог такое сделать, что тебя вернули. Не отвечает.

У Кости умственная отсталость, он не очень хорошо говорит, может психануть. При этом добродушный и радостный. Его тоже забирали в приемную семью. Мы еще собирались в лагерь тогда, и я думала, как я без него поеду. А Костю раз - и вернули. Говорю, ты чего это? А он: мне мама сказала - езжай в лагерь, потом я тебя заберу. Естественно, потом его никто не забрал.

Николка – у него многодетная семья. Может попсиховать, понервничать. Дети все своеобразные. Родная мама недавно освободилась из тюрьмы, хотела забрать ребят, но не забрала.

-Кто-то еще брал детей на время карантина?

-Несколько воспитателей взяли по двое-трое детей, работники кухни тоже.

-Были случаи, что на время коронавируса детей взял кто-то со стороны, не работник учреждения?

-Одного мальчишку забирали сестры, но он через несколько дней вернулся обратно. Жаловался, что там скучно, нет велосипеда. А тут у него и друзья, и девушка любимая.

Мало желающих, думаю, еще и из-за тягомотины с оформлением документов. У нас, у работников, уже все справки на месте, дети нас знают. Пока еще никто не пришел и не сказал, что хочет взять ребенка на гостевой режим.

-А когда вообще последний раз брали детей?

-Когда у нас было много детей, бывали случаи, забирали и по двое, и по трое. И из Москвы приезжали- забирали, и даже за границу. Сейчас остались в основном дети с особенностями.

Помню, у меня был в группе Андрюшка Ершов. Попал в детский дом вместе с маленьким братом после смерти матери. Какое-то время они жили с отцом, потом что-то случилось – может быть, запил, не знаю, – у него этих детей забрали. У них есть бабушка и дедушка не слишком пожилые, есть тетя, которая живет в трехэтажном особняке и разводит собак. Но никто не хотел их забрать. Когда Андрюшка попал в больницу, я говорю, давай позвоним – может, кто-то приедет проведать. Потом он сказал мне - представляете, чтобы к нам приехали, надо заболеть. При этом родственники все живут в том же городе.

И вот когда кто-то из них лежал в больнице, там лежала женщина с сыном. Она познакомилась с ребятами и стала приходить к нам в детский дом, полгода она их только навещала и в итоге забрала обоих.

А вообще люди с разными целями детей брали. Берут детей, чтобы управляться, чтобы за хозяйством смотреть. 

Есть у меня в группе Игорешка. Его тоже брали и вернули. Жил в глухой деревне. Спрашиваю, что ты там делал. Он говорит: ходили, собирали шишки, потом их шелушили. То есть детей берут как рабочую силу. Конечно, не все, но довольно часто.

У нас были случаи, когда родственники узнавали, что у ребенка на сберегательной книжке крупная сумма накопилась. Ребенка забирали, обдирали как липку и возвращали обратно. Решают свои финансовые вопросы и отправляют обратно или после 18 лет выставляют за дверь, мол, посмотрел модель семьи и давай, до свидания.

-Как обычно складывается жизнь после выпуска из детдома?

-У каждого по-разному. Один наш выпускник сам стал педагогом и приходил играть с ребятами. Кто-то в скором времени попадает в колонию. Хорошо, когда женится на хорошей девушке. А другой поскитается туда-сюда и остается ни с чем. Ну и гены – у многих родители ведь неблагополучные. Бывает, что дети наших выпускников к нам же и попадают.

Источник фото: pixabay.com
Комментировать
Функционирует при финансовой поддержке Министерства цифрового развития, связи и массовых коммуникаций Российской Федерации
18+