April 15, 2007, 6:00 PM

Медиация: способ внесудебного разрешения конфликтов или профанация?

<p align="justify"><img height="150" hspace="5" width="112" align="right" vspace="5" border="1" alt="" src="/image/reider.

Впервые в России на базе арбитражного суда Свердловской области был проведен семинар-тренинг по медиации с участием президента международной ассоциации интегрированной медиации Артура Троссена и президента научно-методического центра медиации и права Цисаны Шамликашвили. Как считают эксперты, в большинстве случаев, когда предмет спора лежит в плоскости гражданского, административного, частного, корпоративного права, целесообразно прибегать к медиации - внесудебному методу разрешения споров. Но может ли он нормально работать в России? 

Всем известно крылатое выражение: «В споре рождается истина». Вне всякого сомнения, хороший спор, дискуссия, во время которой стороны обмениваются мнениями, могут быть даже полезны. Чаще всего стороны, вовлекаясь в конфликтную ситуацию, не видят из нее выхода, блуждают в лабиринте собственных мыслей. Здесь на помощь и прибегает правосудие. Занимая позиции по разные стороны баррикад, они лишают себя, своего оппонента возможностей быть услышанными и понятыми. Да и ситуация противостояния, некой неприязни, может разрешиться только в пользу одной из сторон, другой же остается зализывать свои раны. Разрешить конфликт в суде – это традиционный, общепризнанный способ. Медиация лишь только-только получает свое распространение в России, и станет ли она такой же популярной, постараемся разобраться в нашем материале.

В переводе с латинского медиация («mediare») означает посредничать, а медиатор – это специалист, который занимается урегулированием споров, конфликтов между сторонами в целях поиска консенсуса и заключения между ними мирного договора.

Как считает советник президента РФ, заслуженный юрист России, доктор юридических наук, профессор, член-корреспондент РАН Вениамин Яковлев, конфликт погашается самими сторонами на основе их переговоров, и результат этой процедуры всецело определяется волей сторон и зависит от них. «Эта мягкость проявляется, прежде всего, в том, что участвующий в переговорах посредник не выносит какого-либо собственного решения. Он не стоит над сторонами как власть. Он помогает враждующим выработать позицию, которая бы устроила обе стороны», - поясняет Вениамин Яковлев. Переговоры, которые проводит опытный консультант-медиатор, позволят сохранить партнерские отношения: как при возникновении спора, так и в процессе его разрешения. Медиатор не представляет интересы ни одной из спорящих сторон, он лишь способствует быстрому разрешению конфликтов. «Как показывает зарубежный опыт, разрешение споров с использованием медиации, предполагает достаточно высокий уровень предпринимательской этики, взаимное доверие деловых партнеров друг к другу. Если хотите, медиация – это джентльменская форма разрешения конфликтов», ? объясняет Вениамин Яковлев.

 
Медиация получила свое развитие примерно с середины ХХ столетия, первоначально в Соединенных Штатах Америки, в Великобритании, Австралии, а затем и в странах Европы. Сегодня этот способ разрешения споров наблюдается уже повсеместно. Вообще, по своей сути, медиация является очень старым инструментом международного права и изначально известное под названием «предложение добрых услуг».

Как рассказала ЕАН президент научно-методического центра медиации и права Цисана Шамликашвили, в апреле 2006 года в рамках Объединенной Комиссии по организации процедур разрешения корпоративных споров и деловой этике, созданной российским союзом промышленников и предпринимателей, были сформированы три структуры: Комиссия по этике, Третейский  суд и – впервые в России – Служба медиации. По ее словам, первые месяцы деятельности Службы медиации не только принесли положительные результаты, но и всерьез заинтересовали предпринимателей механизмами урегулирования споров с участием посредника (медиатора).

Однако, как считает адвокат юридической финансовой кампании «Магнат» Сергей Колосовский, прежде чем что-то пытаться привить в России, это нужно подвергнуть сомнению. «Если говорить о медиации, как о новом направлении деятельности для юристов, то я не стал бы так опрометчиво заявлять, что из нее может в действительности получиться что-то стоящее. Если это не профанация, то очередное изобретение велосипеда», - пояснил адвокат.


Несмотря на то, что в западных странах этот род деятельности получил серьезное распространение, и находятся люди, которые прибегают к такому способу решения конфликтов, то в России популярность медиаторства зависит, прежде всего, от менталитета людей, проживающих на ее территории.

 
Говорят, что в России можно привить западнический стиль жизни, но географически мы находимся между Западом и Востоком, поэтому нас часто обвиняют в двойственности сознания. Да, психология человека, живущего в России, своя особенная, искушенная. Так уж наше мышление устроено, что не всегда мы прислушиваемся к советам тех людей, которые хотят нам помочь. С другой стороны, даже если кто-то и пожелает прибегнуть к помощи медиатора, то сначала постарается это сам разведать, как говорится, под себя клинья подбить. И здесь встает вопрос, каким тогда образом это медиаторство сможет легитимно работать на практике, не причиняя вред ни одной из сторон.

 
Как считает Сергей Колосовский, сегодня любой квалифицированный юрист является по своей сути еще и психологом, который, в некоторых случаях, в состоянии «полюбовно» решать конфликты и споры, не доводя их до суда. В таком случае, не нужно создавать специальные факультеты по обучению медиаторов. Другая сложность – если юрист не практикуется длительное время, то он за три – четыре месяца с легкостью может потерять свою квалификацию.

 
«Вообще, медиаторство – понятие надуманное и искусственное. В случае деления кастрюль между бывшими супругами оно, может быть, и может работать. В более серьезных случаях – сомневаюсь. Наши юристы весьма редко сталкиваются на практике, чтобы две полярно противоположные стороны во взглядах на сложившуюся ситуацию приходили, дружно взявшись за руки к юристу либо к психологу, чтобы договориться. Чаще всего обе стороны настолько конфликтуют, между ними образуется такая крепкая неприязнь, что они даже в суде не могут сдержать собственную ненависть друг к другу», - считает Сергей Колосовский.


Сегодня судебный способ решения конфликтов может длиться годами, и спрогнозировать к каким последствиям он приведет, не представляется никакой возможности. Вот в данном случае, казалось бы, и нужно прибегать к медиации – разрешать конфликты на ранней стадии. Но нужно задаться вопросом, а возможно ли разрешать серьезного рода споры в России, не доводя их до суда? По мнению Цисаны Шамликашвили – возможно. Таким образом, если медиаторство получит свое распространение в таком виде, о котором говорят эксперты, то стоит предположить, что число исков, направленных в суд, снизится в разы, а то и в десятки, и даже в сотни раз. А это уже означает резкое реформирование судебной власти, сокращение штата судебных работников. Вопрос в том, готово ли сегодня российское общество к таким масштабным переменам в процессе разрешения споров? Кардинально менять традиционные способы разрешения конфликтов на кота в мешке – это слишком рискованно. Особенно сейчас, когда страна буквально-таки захлебывается в рейдерских атаках на предприятия.

 
Возможно, для начала нужно посмотреть действительно ли медиация работает в наших условиях, а уже потому запускать ее в масштабное действие. Сейчас остается только ждать, как она себя продемонстрирует. Остальное покажет время.

Мария Банных, Европейско-Азиатские новости

...