November 16, 2009, 11:05 AM

Спорный мораторий

<P>В начале следующего года, а именно 1 января, в России перестает действовать мораторий на смертную казнь.

В начале следующего года, а именно 1 января, в России перестает действовать мораторий на смертную казнь. Мораторий был введен в 1996 году, когда Россия стала членом Совета Европы. Однако в 2010 году, когда в Чечне появится суд присяжных (она оставалась единственным регионом в России, где такого суда не было), суды вновь смогут выносить смертные приговоры.

В настоящее время вопрос о продлении моратория решается в Конституционном суде – свое решение он огласит до конца года. Пока же агентство ЕАН представляет вашему вниманию подборку мнений экспертов, политиков и общественных деятелей, которые рассуждают на тему того, необходима ли в России высшая мера наказания.


Валерий Неталиев, председатель Екатеринбургского городского родительского комитета: «У меня есть информация, что 80 процентов россиян выступают за смертную казнь. Люди беспокоятся и видят, что защита детей слаба. Одно такое применение высшей меры наказания предупреждает 100 преступлений, то есть если одного насильника-бандита наказали, то 100 человек, которые, может быть, потенциальны, внутренне готовы совершить подобное, они останавливаются. Свою позицию мы обязательно обозначим. Летом мы выступили с инициативой, что, если депутаты Госдумы в третьем чтении не примут поправки к Уголовному кодексу, усиливающие наказание, то мы им будем высылать фотографии с могил детей, убитых за это время педофилами. Это сработало, и закон был принят, утвержден Советом Федерации, президентом. Это была трудная работа, но сейчас нам предстоит еще более сложная задача. Для того чтобы применить высшую меру наказания, должен быть отменен указ президента РФ Бориса Ельцина, и сделать это может только нынешний президент. Должно быть определенное мужество для того, чтобы признать, что по некоторым позициям Россия не готова выполнять все пункты. Документы должны быть составлены очень грамотно. От решения Конституционного суда мало что зависит. В интервью бывший председатель Конституционного суда РФ Владимир Туманов сказал: «Я не понимаю, зачем Верховный суд РФ подал в Конституционный суд», потому что от мнения Конституционного суда ничего не зависит. Решение этого вопроса зависит только от президента России.
Мы, конечно, послушаем, как будет проходить рассмотрение этого вопроса в суде».

Дмитрий Вершинин, депутат областной Думы Законодательного Собрания Свердловской области: «Действительно, Россия уже не в первый раз применяет этот мораторий на смертную казнь и не в первый раз отменяет его. Сейчас мы стоим перед философским вопросом: возможно ли, допустимо ли то, что государство будет убивать человека, который совершил преступление? Да, может быть, это чудовищное преступление, может быть, оно заслуживает самого жестокого наказания, но может ли быть этим наказанием смертная казнь? Не могу не согласиться с тем, что нужно проводить некие слушания. Потому что на самом деле большинство россиян выступают за отмену смертной казни. Это говорит о том, что наши правоохранительные органы, к сожалению, не могут должным образом защищать наших граждан. Наши правоохранительные органы, наши судебные власти, которые обязаны сделать все для торжества закона, на сегодняшний момент не выполняют должным образом свои функции, и у граждан остается последняя возможность – уповать на то, что будет смертная казнь».


Татьяна Мерзлякова, уполномоченный по правам человека в Свердловской области: «Я против смертной казни, особенно сейчас, когда даже генеральный прокурор Российской Федерации признает наличие большое количество следственных и судебных ошибок».

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 


Владимир Жириновский, лидер ЛДПР: «Мы не говорим, что каждое убийство должно караться смертной казнью, мы говорим о зверском убийстве, когда человек намеренно лишил кого-то жизни и открыто об этом сообщает. Если мы будем смягчать все меры и обращаться только лишь к христианским заповедям, преступники их не услышат. Те, кто готовится совершить злодеяние, не слышат голоса рассудка. Я противник жестокости, репрессий. Но какой-то вариант наказания должен довлеть над человеком. Давайте публиковать фамилии, имена родственников, может быть, это остановит преступников».

 

 

 

 

 

 



Андрей Выборнов, председатель Общественной палаты Свердловской области: «Я считаю, что за особо тяжкие преступления, например, в отношении детей или с большим количеством жертв, смертная казнь необходима. Что касается судебной ошибки, то возьмем для примера США: там смертная казнь существует, но количество судебных ошибок по сравнению с количеством выносимых приговоров ничтожно. Исключить до конца вероятность ошибки нельзя, но смертная казнь является сдерживающим фактором. Отсутствие смертной казни действует на сознание преступника не очень хорошо».

 

 

 

 

 

 

 

 

 



Леонид Привалов, майор милиции в отставке (в прошлом - оперуполномоченный СОБР): «Действительно, вопрос философский. Но, чтобы не мудрствовать лукаво, откроем Божественное учение и найдем следующую мысль: человек, который совершает убийство, – совершает грех. Это аксиома. Дальше нужно прочувствовать следующую мысль, которая идет в нем тонкой нитью: когда государство применяет репрессивные меры против убийцы, на котором кровь, оно очищает его душу, т.е. в убитом теле преступника, убийцы его душа омывается кровью и предстает перед Божьим судом уже очищенной, потому что она искупила свой грех. Поэтому аморальности в данном поступке относительно убийства со стороны государства здесь нет. Наоборот, мы спасаем душу человека. Когда мы начинаем либеральничать с преступником, который сидит пожизненно, а ребенок лежит где-то закопанный, это, я считаю, со стороны государства более аморально, чем спасти душу убийцы».

Европейско-Азиатские новости

Комментировать