08:24 08.12.2014

Консультант спецслужб раскрыл тайну Дмитрия Лошагина

Через несколько дней суд огласит приговор Дмитрию Лошагину. Однако подсудимый свою вину так и не признал. Но правду ли говорит фотограф? Корреспондент агентства ЕАН встретился с профессиональным профайлером - аналитиком, способным по вербальным признакам отличить правду от лжи. Эксперт Илья Анищенко проанализировал поведение Лошагина и высказал свое видение картины преступления.

Свой анализ профайлер проводил по видеозаписям, сделанным на судебных заседаниях по скандальному делу.

– Илья Валерьевич, с сентября 2013 года и до настоящего времени Дмитрий Лошагин отрицал и продолжает отрицать свою вину в убийстве жены-фотомодели. Поведение фотографа соответствует его заявлениям о невиновности?

– Дмитрий Лошагин ведет себя как человек, причастный к этому преступлению либо как знающий о том, кто это сделал. На стадии следствия, а именно 6 сентября 2013 года, он давал одни показания, а в суде – немножко другие. Сначала фотограф заявил, что во время вечеринки в лофте 22 августа прошлого года он слышал, как его жена по телефону договаривается о встрече в кемпинге на Московском тракте. Дмитрий сказал в суде, что Прокопьева предлагала ему поехать вместе с ним, но он отказался, поэтому она отправилась отдыхать без него. Однако через год в суде он стал говорить о том, что в этот вечер она ушла на встречу с подругой. Заметьте, уже не уехала, а ушла пешком!

Обратим внимание на вербальные и невербальные признаки лжи. На том же заседании 6 сентября Дмитрия спросили: «Когда вы видели Юлю в последний раз?» Ответа не последовало. Если ему было бы нечего скрывать – он бы ответил сразу. Но через 5 минут подсудимый все-таки придумал ответ и сказал, когда он видел ее в последний раз. В его поведении видны вина и стыд. Невиновные люди так себя не ведут… При ответе на этот вопрос он демонстрирует вербальный признак обмана – повтор вопроса в ответе. Зачем человеку повторять вопрос? Это неестественно. Есть вопросы, на которые Лошагин отвечает односложно и четко. «В СИЗО условия достаточные, нормальные для проживания?». Он отвечает: «Да» - и делает четкий кивок головы. И он говорит правду. Но на вопрос «У вас был мотив убивать свою любимую жену?» он отвечает: «Нет, у меня не было мотива убивать мою любимую жену» - и делает неестественный кивок головой – мотает ей в стороны. Это двойное послание – его жесты и слова противоречат друг другу.

– Но Лошагин постоянно говорит о том, что любил свою жену и у него не было мотива ее убивать…

– Лошагин не отрицает, что он совершил убийство. В течение года он говорил, что не виновен. Но человек может совершить преступление, и в то же время считать себя невиновным. Помните, в начале 90-х братки обливали лицо моделей кислотой? Это была личная месть ей и ее красоте – довела до скандала, ты во всем виновата. Твоя красота, твое поведение довело до истерики, и я это совершил. Но я не виноват – ты виновата. У Лошагиных – то же самое. Юлия его довела. То, что они говорят в передаче «Фамилия» - что они шли мириться через 2-3 минуты, – неправда. Судя по их поведению, у них были яркие разборки. Дмитрий Лошагин и прошлую жену таскал за волосы, и Юлю закрывал на балконе. Доводили они друг друга дай Боже. Он действительно мог по неосторожности толкнуть ее либо схватить за голову, начать трясти и случайно свернуть ей шею.

– Приглашенный эксперт заявил в суде, что фотомодель мог убить только человек со спецподготовкой. Также высказывалась версия о том, что преступление могли совершить сбежавшие зеки. Эксперт на заседании говорил правду?

– Заявление московского специалиста о том, что такие увечья могли нанесли сотрудники спецслужб – это игра защиты на версии о том, что фотомодель убил ее любовник из органов. Но нанести подобную травму маленькой девочке мог и сам Лошагин. У Юли была свернута шея – значит, ее либо кто-то толкнул и она упала, либо это было следствием другого неосторожного действия. Дальше – фотомодель была сожжена. Сжигают из личной неприязни. Это мстительный способ убийства. Лошагин – обладатель шизоидного психотипа. Это значит, что он спокойный, но, если его довести, может быть очень жестоким. Если бы это совершил сотрудник спецслужбы, ее бы просто не нашли. Сами подумайте, силовик мог ее так глубоко и далеко закопать… Про сбежавших зеков версия тоже несостоятельна. Вероятность того, что это совершил ее муж, намного выше того, что это сделали заключенные.

– Но известно, что перед смертью Юлия Лошагина была изнасилована. Между тем фотографу эта статья не вменяется. Есть ли в его поведении указания на то, что это сделал он?

– Изнасилование можно объяснить следующим образом. Вероятно, в этот вечер между супругами возник конфликт на почве заведения детей, которых очень сильно хотел Лошагин, а Юля не хотела. Отсюда и факт изнасилования, но без следов семени. Возможно, после вечеринки они начали ругаться, швыряться бокалами, после чего фотограф решил изнасиловать Юлию и в процессе свернул шею. После того, как она упала, он стал избивать ее ногами, из-за чего на ней появились синяки.

Если Дмитрий Лошагин признает свою вину в убийстве – значит, сознается в том, что он изнасиловал фотомодель. Значит, перечеркнет свою дальнейшую карьеру, «красоту, которую он создавал», свою репутацию. Но, продолжая отрицать свою вину, Лошагин думает, что кто-то от него не отвернется. И лучше сесть, но продолжать уверять всех, что ты не виноват. Однако, отрицая свою причастность, Лошагин даже не просит найти виновных.

– Известно, что Дмитрий Лошагин отказался от проверки на детекторе лжи. Если бы он все-таки согласился, то теоретически смог бы обмануть полиграф?

– На самом деле Лошагин начинал проходить проверку на детекторе лжи, но в процессе отказался. Обмануть полиграф можно в том случае, если человек верит в то, что говорит, и в его речи есть эмоциональный отклик, нет двойного послания. Это даже ложью не будет, если является правдой для человека, тогда тело его никак не выдаст. Но в показаниях Дмитрия Лошагина читаются двойные послания – противоречия между словами и жестами.

– Свое последнее слово подсудимый заранее подготовил и в суде зачитал его. Суть сводилась к тому, что он стал жертвой процесса, и завершил речь словами, что его «совесть чиста». Судя по его поведению, это так?

– Лжец всегда начинает свою речь с правды. И Лошагин тоже начинает свое выступление со слов: «Закончилось судебное разбирательство по поводу убийства моей жены», - что является фактом. В своей речи он дистанцируется от жены. Говоря о Юлии, он не называет ее по имени, а говорит «это была особенная женщина». Разве вы так скажете о любимом человеке? Складывается ощущение, что он боится назвать ее по имени. Говоря про вечеринку в лофте 22 августе, он говорит правду – слова и жесты не противоречат. Но, когда фотограф рассказывает о жене, он сглатывает – это вербальный признак стресса. Фотограф говорит про подаренный букет на вечеринке: «Это было от души», - но при этом вздыхает, что свидетельствует о четком двойном послании – его жесты не соответствуют тому, что он думает на самом деле. На его губах читается сожаление или стресс.

Когда он говорит о том, что Юлия пропала, он понижает голос, начинается более сильное раскачивание тела, сглатывания, поджатия губ, точки замирания, вздыхания, облизывание. Это признак лжи.

Если бы невиновного человека обвиняли в убийстве своей жены, он бы злился, отрицал это, пытался убедить, что этого не совершал! А подсудимый выступает с книжечкой, ведет себя спокойно. Да, он не признает свою вину, но ни разу не сказал, что этого не делал и ни разу не просил суд найти убийцу своей любимой жены.

Справка редакции: Илья Анищенко – тренер, профайлер, консультант спецслужб в проведении допросов, расследований, анализе фото- и видеоматериалов. Является консультантом Уральской лиги дебатов в публичных выступлениях, екатеринбургского отделения Федерации управленческой борьбы, основатель аудиторско-консалтинговой компании «Анищенко и Партнеры». Опыт исследования лжи – 5 лет, ведет научно-исследовательскую деятельность, работает над кандидатской диссертацией по психологии. Ирина Бизенкова, Европейско-Азиатские Новости.

Фото: ntv.ru

Новости