September 9, 2018, 11:35 PM

Стояние на Исети. Репортаж из сердца воскресного протеста в Екатеринбурге

В ходе несанкционированной акции в Екатеринбурге, по последним данным, были задержаны 129 человек. Трое из них - журналисты Сергей Панин, Дмитрий Антоненков и Дмитрий Емельянов. Кроме того, люди в штатском, не представив никаких документов, фактически насильно фотографировали паспорта граждан, загнанных ОМОНом в кольцо.

«Нас зажали в кольцо». Слишком по-военному. Интересно, для скольких дивизий это сообщение стало постскриптумом в предсмертной записке?

Но нет вокруг дивизий. Не видно покореженных танков. Не слышно свиста снарядов или криков храбрящихся перед последней атакой бойцов. Лишь шум ледяного дождя и безоружные граждане, с опаской косящиеся на дубинки подступающего ОМОНа. Короче, не Бородино – богатыри не мы.

И тем не менее – «нас зажали в кольцо». Иных слов, чтобы описать происходящее, не находится. Выпускающий редактор нехотя принимает милитаризированную формулировку. Дело за малым, пара фотографий, и новость послушно встанет на сайт.

Теперь странная тишина. Даже дождь перестал. Да и кому шуметь? Самых крикливых свинтили под молчаливое одобрение каменного изваяния Кирова час назад. Организаторы «прогулки» куда-то пропали еще накануне. Бывший мэр Ройзман уехал в кутузку вслед за первыми задержанными.

- Тебе хорошо! Бейджик покажешь, не тронут, — обращается ко мне бородач в винтажной футболе Depeche Mode.

- Мне всегда хорошо. А вот одного нашего уже сцапали, и бейджик не помог. А ты тут какими судьбами?

- Я вообще-то голосовать шел…

Что там, интересно, на избирательных участках? Помнится, стращали криминалом, снова рвущимся ко власти. Но, видимо, удалось прищучить гадину. Да не где-то, а на самой Октябрьской площади, откуда уралмашевские братки в свое время стреляли «Мухой» по Белому дому. Вот так шанс утвердиться над опостылевшей стариной! Или как иначе объяснить такое количество тяжеловооруженной полиции? Поди, не против хипстоты интернетной чинить герилью вышли.

Хипстоты вокруг, к слову, становилось все меньше. Так называемые «группы задержания» каждые пять минут выхватывали молодежь по одному, следуя лишь им одним ведомой логике. Бронированное кольцо тем временем угрожающе сужалось. Договариваться с «центурионами» никто даже не пытался - себе дороже. Путь отхода из оцепления один – в автозак.

К условно протестующим (условно, потому что собравшиеся молчат) выходила омбудсмен Мерзлякова. Сетуя на то, что девятого числа не митингуют, а голосуют. Посему – она договорится, чтобы всех выпустили. Но под обещание, что народ не пойдет бесчинствовать к отделу на улице Фрунзе. Народ безмолвствовал, переговорщика не нашлось.

«Игра в гляделки» с омбудсменом завершилась подобием компромисса. Силовики создали живой коридор для тех, при ком был паспорт. На выходе документ фотографировали стриженые люди в штатском, а полицейские записывали номера мобильных телефонов. Людей без «красной книжки» ждал автозак, куда многие промерзшие насквозь сами шли без очереди.

Без очереди в автозак провели и нескольких журналистов, организовавших прямую трансляцию с места событий. Документы и бейджи бойцов не интересовали. Злополучное «кольцо» рассосалось в тот момент, когда последнего «митингующего» увели под руки. На пятачке возле фонтана осталась пара людей в гражданском с лицами а-ля «Петров/Боширов».

Стояние на Угре, положившее конец татарскому игу, продолжалось порядка месяца. Стояние на Исети в Екатеринбурге, положившее конец мифу о «самой либеральной полиции в стране», продолжалось полтора часа. 

Комментировать