Ботанический сад ЧелГУ был основан более 25 лет назад. На территории возле университета собрано свыше 3 тыс. видов растений. Коллекционный фонд пополняется практически ежедневно. Корреспондент ЕАН встретилась с директором ботанического сада Верой Меркер и поговорила с ней о том, как изменилось отношение жителей к растениям, когда планируют открыть оранжерею межуниверситетского кампуса и кто наносит самый большой вред зеленым насаждениям.
— Сколько лет ботаническому саду?
— Решение о создании ботанического сада было принято в 1999 году, то есть, согласно документу, нашему саду уже больше 25 лет. Первые незначительные посадки были сделаны в 2002 году, наиболее обширные – с 2006 года.
— Сколько культур здесь произрастает?
— В открытом грунте у нас произрастает более 3 тыс. наименований растений. Кроме того, есть коллекция из более чем 1,5 тыс. тропических и субтропических растений. Также у нас есть большая гербарная коллекция, имеющая международный акроним, и ряд других биологических коллекций.
— Как развивался сад последние два-три года? Появились ли какие-то новые растения?
— Новые растения в саду появляются почти ежедневно – как только мы выезжаем в какие-то экспедиции, или покупаем растения у любителей, или любители нам дарят, или мы выезжаем в другие ботанические сады … Мы ниоткуда не возвращаемся без растений, то есть пополнение коллекционного фонда у нас идет постоянно.
Любой ботанический сад — это обязательно документированная коллекция растений. Это не парк и не сквер, где не нужно заводить «паспортные данные» на растение, вносить его в журналы, вести постоянное наблюдение за ним.
— Какие новые растения появились за последнее время?
— В этом году у нас появились растения, которые мы привезли с Алтая. Чуть больше недели назад мы вернулись с Алтая, были в высокогорной части, где лежит снег. Привезли оттуда высокогорные растения: березку карликовую, или круглолистную, несколько видов горечавок, виолы алтайские. Растения, которые только приезжают к нам, мы не выносим в основной сад. Мы за ними наблюдаем в течение трех лет, смотрим, как они себя ведут, размножаем, фиксируем все наблюдения, вписываются ли они в наш климат. Только после трех лет наблюдений мы выносим их из питомника.
— Насколько бережно челябинцы относятся к ботаническому саду?
— Мне кажется, очень бережно. Все, кто гуляет на территории сада, говорят очень много добрых слов, восхищаются созданными нами коллекциями, пейзажами, видами. Здесь довольно много экзотических растений, которые сложно встретить в других местах. Прогулки по саду бесплатные, поэтому есть люди, которые приходят сюда ежедневно, в основном те, кто живет рядом.
За последние годы мы не наблюдаем варварского отношения или воровства, того, что было в самом начале, когда мы только создавали сад. Тогда нам приходилось проливать горькие слезы, сейчас такого уже нет. И мы нашим гостям и посетителям очень благодарны.
— Какие есть планы по развитию сада?
— Планы большие. Любой сад — это всегда явление развивающееся. Растения все время растут, меняется их облик, возникают новые задачи в уходе за ними, поэтому растут и меняются наши планы относительно формирования наших коллекций. Собрать в одном саду всю флору мира невозможно, поэтому планируем сосредоточиться на конкретных коллекциях как в открытом, так и в закрытом грунте, поскольку территория у нас весьма ограниченная.
Мы развиваем территорию «аркаимской» степи в Брединском районе. В этом году высадили там плодовый сад из одних абрикосов. Но основные перспективы, конечно, связаны с возведением кампуса на нашей территории. Мы переедем в корпус, где будут размещены тропические и субтропические растения в специально созданных для них помещениях.
Растения открытого грунта остаются на этой же территории, а все, что касается закрытого грунта, соберем в новые, надеюсь, достойные для растений, условия. Там должен быть создан такой микроклимат с программным обеспечением, который мы сейчас не можем предоставить растениям, поскольку все содержится в приспособленных помещениях. Я надеюсь, через два-три года челябинцы и гости города смогут наслаждаться нашими коллекциями уже в кампусе. Сейчас возводят первый этаж корпуса. Кроме оранжерейных коллекций, в кампусе для нас будет создано, в том числе, гербарное хранилище, будут функционировать несколько лабораторий.
— Вход в корпус будет платным?
— Я думаю, что бесплатный. Сейчас же у нас вход на территорию сада бесплатный, только экскурсии за плату проводятся. У нас есть постоянные посетители, в том числе бабушки и дедушки, которые гуляют в саду ежедневно. Это полезно для их здоровья. Если вход будет платным, никакой пенсии на это не хватит …
— Чем в саду вы больше всего гордитесь?
— Я горжусь своим коллективом, созданными коллекциями и экспозициями, которые сделаны благодаря нашим идеям и рукам.
— Что в саду вызывает больше всего опасений?
— Всегда есть опасения по поводу содержания краснокнижных и редких видов растений. Конечно, это большая честь содержать такие растения. Мы к ним относимся наиболее трепетно, стараемся их размножить, чтобы не потерять. Как правило, поступает совсем немного образцов, бывает, что вообще один экземпляр, поэтому иногда приходится «нянчиться».
— Сколько сусликов проживает на территории сада?
— Это, наверное, надо спросить у главного суслика, потому что их невероятно много. Они как-то делят нашу территорию, примерно через каждые пять-десять метров мы видим норки. На самом деле они нам вредят, но этот вред несопоставим с тем, что делают, например, собаки, которые за ними гоняются. Бродячие собаки нашу территорию периодически посещают, к сожалению, сделать с этим что-то никто не может. Мы в течение многих лет обращались к руководству, руководство обращалось к кому-то еще. Но ничего не сделано с этой проблемой до сих пор. Чипированные собаки прибегают на территорию, охотятся за сусликами, разрывают их норы, опрокидывают горшки, повреждают растения, то есть собаки — самый большой вред. А второй вред — это строители, электрики, водопроводчики... Если они где-то у нас присутствуют на территории, ремонтируют трассы, строят что-то, то, конечно, это тоже бедствие для коллекций.
— Как вы относитесь к повсеместному использованию тополей для озеленения городов? Люди, у которых аллергия, жалуются на тополя. Есть ли вообще альтернатива?
— Давайте сразу развеем миф о том, что аллергия может быть на тополя. Семена тех тополей, которые «пушат», лишь разносят те реагенты, которые вызывают аллергию, то есть тополь и его семена не сами по себе аллергены. Кроме того, период вылета тополиного пуха приходится на период цветения многих других растений, поэтому аллергия может быть связана с пыльцой других растений.
А тополя — это растения первой величины. Мало какое растение может заменить их, если брать такие характеристики, как высота, скорость роста, площадь листовых пластинок. Я думаю, что бессмысленно отказываться от тополей из-за того, что женские экземпляры многих видов пушат.
Никакое другое дерево не способно поглощать тот объем пыли и вредных веществ, который поглощают тополя. Единственное, что нужно — не использовать в озеленении женские экземпляры тополей, которые пушат. Еще есть ряд видов тополей, которые не пушат совсем, например, тополя пирамидальные. Они сейчас довольно активно входят в культуру озеленения.
— Есть ли на планете виды пальм, которые могли бы прижиться на улицах Челябинска?
— С пальмами мы пока не экспериментировали. Есть виды пальм, которые мы выносим в открытый грунт на теплый сезон, потом, в холодный период, заносим обратно. Совсем рисковать, оставляя их зимовать, мы не можем. Однако у нас есть целый ряд субтропических растений, которые зимуют на нашей территории, например, экзохорда, кактусы. Такие кактусы, как опунция, зимуют в Челябинске у любителей. У нас в открытом грунте растет с 2002 года дерево гинкго — одно из древнейших древесных растений на планете. Естественный ареал этого дерева — Западный Китай, практически субтропическая зона. Поэтому, конечно, это растение для нас большая ценность. Известны лекарственные свойства гинкго: из экстракта листьев создают препараты, стимулирующие мозговую деятельность.
— Как вы оцениваете уровень озеленения Челябинска? Зелени достаточно или хочется, чтобы ее было больше?
— О достаточности или недостаточности площадей озеленения могут говорить только цифры. К сожалению, эти цифры очень редко бывают открытыми. В целом, за последние восемь лет я наблюдаю довольно активную работу по озеленению городских территорий, активизировались главы районных администраций, появляются новые скверы, благоустраивается набережная. Они, эти новые озелененные участки, к сожалению, почти все делаются под копирку, приобретая сразу достаточно тривиальный облик, который мы встречаем во многих городах России, но и это уже неплохо.
Каких-то интересных, свежих решений, честно говоря, я не вижу, их совсем немного. Но ассортимент однозначно меняется. В городе появляется много хвойных растений, что очень радует, потому что наша лесостепная территория позволяет выращивать многие виды хвойных растений. Это самые долгоживущие растения, всегда зеленые.
Хочется также, чтобы было больше цветущих деревьев и кустарников, чтобы город был более зеленый, приятный для прогулок. Конечно, над этим надо работать. Одна из задач ботанического сада — рекомендовать испытанный в саду ассортимент для озеленения города. Мы это делаем.
— В центре Челябинска высыхают ели. Почему это происходит?
— В городе растениям, конечно, тяжело, особенно тем, которые растут на поверхностях с небольшим количеством грунта, например, над подземными парковками. Вокруг деревьев, которые растут вдоль дорог, на парковках, площадях, много мощения. Это создает существенную нагрузку на корневую систему – корням недостаточно воздуха и воды. А ели, которые были высажены достаточно давно на площади Революции, кроме того, не получали длительное время необходимого ухода, поэтому нижняя часть кроны елей начала высыхать, растения стали деградировать. Спасти такую ситуацию может только грамотный и своевременный уход: вовремя обрезать растение, поливать и подкармливать, желательно дождевать. У елей довольно поверхностная корневая система, которую сильные ветры могут вывернуть из земли, ломая ослабленное дерево.
— То есть еще можно спасти засохшие деревья?
— Совсем засохшие ветви, конечно, нельзя реанимировать, но само растение сохранить можно. Для этого нужна хорошая дендрологическая оценка состояния конкретного дерева. Одно дерево может чувствовать себя плохо, а в пяти метрах стоит другое дерево, которое вполне благополучно. Но нужно оценивать состояние каждого конкретного экземпляра. Это касается всех насаждений в городе. В минувшую бурю попадали деревья, которые были жестоко обрезаны. Через огромные раны, как через своеобразный портал, в стволы проникли патогенные микроорганизмы. Именно поэтому мы видим в городе деревья с пораженной грибками и гнилью древесиной и сердцевиной. Генофонд древесных растений в городе, конечно, не очень хорошего качества.
— Ученые ЧелГУ занимаются проектом создания экотропы возле Шершневского водохранилища. Что там будет сделано?
— Да, это наш проект. Мы выиграли в этом году президентский грант. Надеемся, опираясь на историю создания Шершневского водохранилища и, соответственно, возникшей рядом с ним зеленой защитной полосы, создать прогулочный эколого-туристический маршрут. В этой зеленой полосе, как показали наши обследования, произрастает много редких и интересных видов растений, в первую очередь это виды орхидей. Мы заложили там мониторинговые площадки для долговременного геоботанического и ценопопуляционного исследования. Кроме того, уже провели субботник, наладили хороший контакт с партнерами, которые берут основную финансовую нагрузку на себя. Нашими партнерами стали ООО «Апри» и администрация Центрального района. Президентский грант обеспечивает научную деятельность, информационное сопровождение тропы.
Люди смогут прогуливаться по тропе среди зеленых насаждений, наслаждаясь видами на водохранилище. Тропа будет оснащена аншлагами с исторической, ботанической и орнитологической информацией. Мы планируем создать вышку, чтобы оттуда можно было наблюдать через бинокли за жизнью птиц. Надеюсь, это будет очень интересно и познавательно, люди полюбят эту территорию.
— Когда будет готова тропа?
— Открытие тропы, скорее всего, состоится в августе 2027 года. К настоящему времени готов к обсуждению проект тропы. Конечно, исследования будут идти дольше. Мониторинговые площадки продолжат работу и после открытия тропы.
Любимая челябинцами сакура в парке оказалась другим растением 6 мая в 16:59
