Прошлый год был напряженным для большинства родителей школьников – дистанционное обучение, вакцинация школьников, антиваксерские настроения. Все эти вопросы так или иначе касаются работы уполномоченного по правам ребенка в Свердловской области Игоря Морокова. Корреспондент ЕАН поинтересовался, как он относится к нашумевшим проблемам и что его в этой связи беспокоит.
Дети гибнут в ДТП и падают из окон
- Игорь Рудольфович, доклад о деятельности уполномоченного по правам ребенка в 2021 году пока еще не готов. Но каким год был по вашим ощущениям? Что беспокоило, радовало?
- В первую очередь, волновала безопасность. Мы получили тревожные показатели по гибели детей в ДТП. Если в 2020 году жертвами аварий стали пять несовершеннолетних, то за 10 месяцев 2021 погибли 26 детей. В 90% случаев виноваты взрослые, среди причин – выезд на встречку, наезд, неправильное управление автомобилем. Самое страшное, что мы не до конца понимаем, как регулировать этот процесс.
Кроме этого, напряженная ситуация с травмированием детей по месту жительства. Показатели растут, и источником риска снова становятся взрослые. Восемьдесят процентов от общего числа – травмы на улице и бытовые. Это открытые колодцы, нападения собак, горки и качели, открытые окна. Как уменьшить количество выпадений детей из окон? Причины возникновения таких трагедий – не уследили, отвлеклись, не подумали. Но не дай бог сделать лишний шаг, вмешаться, чтобы помочь, – нас завтра назовут ювенальной юстицией.
- Какая статистика по пожарам?
- Она примерно на том же уровне. Однако если раньше мы говорили, что пожары случаются чаще в неблагополучных семьях, то сейчас тенденция смещается: горят все – 50 на 50. Мы предлагаем немного изменить подход к проблеме – необходимо не контролировать семьи, а заранее устранять риски. Комиссия по делам несовершеннолетних должна не наказывать и выписывать штрафы – в 90% случаев их никто не платит, - а помогать исправлять нарушения.
- Каким образом?
- Приходит в семью комиссия с пожарными, видят нарушения. Вместо составления протокола они должны помочь. Нужно постараться найти специалиста или, если речь идет о деревне, какого-нибудь местного умельца, «дядю Васю с руками», сказать: «Приди, Вася, почини проводку, а может, еще и нерадивому папаше напомнишь, где у него инструмент лежит». Когда беда в деревне, люди всегда действуют сообща, помогают всем миром. Почему бы и в нашем случае не помочь заранее, предотвратив трагедию? Что же касается комиссии по делам несовершеннолетних, нужно акцентировать внимание на ее правозащитной функции, а не карающей, как сейчас.
- А что было в 2021 году позитивного?
- Есть позиции, по которым у нас положительные тенденции. Например, это медицина. Уменьшилась смертность детей от медицинских причин.
Школы – среда для конфликтов
- Сейчас сложное время для системы образования – дистант, колумбайны, споры вокруг ЕГЭ. С какими проблемами столкнулись вы как детский омбудсмен?
- При всех успехах, которые есть в сфере образования, напрягает нарастающая конфликтность в школах. В силу информатизации мы сегодня многое делаем виртуально – общаемся, спорим, дружим и т.д. Но есть место, где все дети встречаются лично, – школа. И все разногласия и споры, в том числе и виртуальные, сваливаются именно туда.
Одновременно с этим в образовательных организациях все больше внедряется цифровизация. И здесь тоже есть проблемы.
Мне не очень нравится мониторинг соцсетей учителями как система контроля. Хотите антипедагогику? Это она и есть. Такая практика порождает недоверие со стороны детей, благодаря чему 50% учеников к 5 классу дезадаптированы в школе, они ей не доверяют. Мы пытаемся вводить семьеведение, религиоведение, но это бессмысленно без наличия референтных лиц.
- Изменять нужно не детей, а их окружение. Есть понятие «участники образовательных отношений». Ключевое слово здесь – отношения. И как они выстроены, так все и развивается. А сейчас нахулиганил парень – его к психологу как к какому-то экзекутору ведут…
Необходимо грамотно выстраивать функционирование служб примирения и медиации. Опыт Москвы показывает, что службы должны быть не школьные, а территориальные. Тогда будет обеспечена независимость при разрешении проблем и конфликтов. А если психолог является членом школьного коллектива и подчиняется директору, то он от него зависит и будет выстраивать свою работу исходя из этого. Поэтому специалист должен быть приходящий, его главная задача – выстроить отношения между родителями, преподавателями и детьми.
О детской вакцинации: "Мы сами даем повод для антиваксерства"
- Вам не кажется, что детская вакцинация только усугубляет ситуацию? Первоначальные опросы проводятся именно в школах. Не боитесь, что это еще сильнее подорвет их авторитет?
- У нас сегодня единственная система, где собраны дети, – это школа. Обратную информацию получить больше негде. Опросы проводятся, чтобы понять, как люди относятся к вакцинации в целом. Меня радует, что власти сегодня учитывают общественное мнение при принятии решений.
- А как вы в целом относитесь к вакцинации школьников и антиваксерству?
- У нас бывают очень серьезные сложности с вакцинированием. В Конституции РФ сказано, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободу других лиц. Именно с этой точки зрения и стоит рассматривать этот вопрос.
Все думают: «Мы социально успешные, нас это не касается». А потом – бах - и в элитной гимназии у двух человек туберкулез. А все из-за того, что эти двое отказывались от манту и, как оказалось, подвергали опасности других. То же самое с вакцинацией. Есть право не прививаться, но есть и ответственность.
При этом важно подходить к вакцинации крайне серьезно: проводить обследования, исключать отклонения и заболевания. В противном случае возникают осложнения, рецидивы, отсюда и антиваксерство. Иногда мы сами даем повод для того, чтобы возникали такие общественные движения.
- QR-код – это одна из мер борьбы с пандемией. Если она необходима, чтобы удержать распространение вируса, то это надо делать.
Дистант: на 40 детей – два компьютера
- Уже второй год мы имеем дело с дистантом. Что изменилось за это время?
- Сделано многое – выделялись деньги, раздали 20 тыс. гаджетов. Но остались нюансы, которые надо доработать – начиная с технической стороны, заканчивая идеологической. До сих пор есть достаточно жесткое сопротивление дистанту со стороны общественных организаций – «Родительский контроль», «Роднадзор» и других. Я лично встречался с их представителями и ощутил давление.
Есть замечания и к техническому оснащению. До сих пор не хватает гаджетов.
Мы поехали в один из областных центров для детей, оставшихся без попечения родителей, и обнаружили, что на 40 учащихся там всего два компьютера. Дети учатся на чем придется. Но что за обучение на телефоне? Мы думали, что такое только в этом учреждении, но оказалось, что подобная ситуация во многих других социальных центрах.
И еще – мы до сих пор не увидели анализа этого процесса, насколько хорошо система дистанта сработала.
- Вы имеете в виду анализ от Минобразования?
- Да. И от органов местного самоуправления.
ЕГЭ: возможностей больше, чем ущемлений
- Уже много лет продолжаются споры об отмене ЕГЭ. Недавно глава Следственного комитета Александр Бастрыкин назвал экзамены пыткой…
- Что значит пытка? А когда мы раньше сдавали экзамен несколько раз – сначала в школе, потом в вузах, - волнения не было, что ли?
- Было, конечно. Но что вы думаете о современной системе?
- Давайте посмотрим несколько шире на ЕГЭ, сколько возможностей дает система. Недавно дочка моего водителя Лиза поступила в Московский физико-технический институт. Если бы не было ЕГЭ, где бы водитель взял столько денег, чтобы отправить дочь в Москву, снять там какое-то жилье на время вступительных экзаменов? И не факт, что она поступила бы. Ничего сверхъестественного в экзамене нет, просто учиться надо нормально. Современный ЕГЭ дает возможности намного больше, чем ущемлений, и сильно отличается от своего первого варианта, внедренного в школе.
В органах опеки назревает реформа
- Мы с вами уже неоднократно обсуждали проблемы замещающих семей на примере истории опекунши из Нижнего Тагила. Все же хочется спросить, какие выводы были сделаны?
- 2021 год в целом показал, что проблемы есть и они системного характера. Нет единой целостной системы работы с так называемыми профессиональными замещающими родителями. По моему мнению, такие мамы и папы должны регулярно проходить педагогическую переподготовку по аналогии с учителями. Мы нашли довольно много упущений с точки зрения интересов ребенка. Например, когда родители берут себе много детей из разных семей, все происходит формально – собрались, бумаги подписали, малышей отдали. Но никто не думает, что в этот момент в новообразованной семье происходит столкновение идеологий, привычек. Здесь нужно синхронизировать устои, понимание одних включать в понимание других, формировать доверие. Когда с этим не работают, возникают конфликты и разногласия.
- То есть какое-то время замещающим родителям должны помогать специалисты?
- Да. Подчеркну – не только контролировать, а помогать.
- Серьезные проблемы с сопровождением детей после интерната. У нас законным представителем ребенка остается учреждение. Но как можно уследить за воспитанником, если он, например, уехал в другой город? Наши соседи пермяки в этом смысле вырвались вперед. У них сопровождение после детдома – это оплачиваемая профессиональная деятельность. За каждого выпускника интерната сопроводитель получает 3 тыс. рублей. Он четко знает свои обязанности.
Вообще система опеки и попечительства в стране требует централизации с точки зрения обеспечения единых подходов. В частности, поэтому обсуждается вопрос, чтобы органы опеки вывести в отдельное ведомство. Но я не готов говорить, когда это будет. На уровне федерации это ответственность Министерства просвещения.
Топ-5 задач на 2022
- И последнее – давайте обозначим список из пяти задач на 2022 год.
1. Будем пытаться решить проблему с конфликтами в школе.
2. Принять и нормативно закрепить стандарт безопасности образовательных организаций, который мы разработали. Такого нет нигде в России. В этом документе не только противопожарная и антитеррористическая безопасность, но и информационная, социально-психологическая, социально-педагогическая.
3. Есть задача: разработать программу отдыха детей по месту жительства – в учреждениях культуры, клубах по месту жительства. Санаториев и лагерей на всех не хватает, дети не должны бездельничать в свободное время. Занятость детей – это их безопасность.
4. Отдельно выделю работу по информационной безопасности. Нужны нестандартные подходы. В этом плане я могу похвастаться – мы вышли на прямой контакт с региональной дирекцией TikTok, с руководителем общаемся напрямую. Некоторые критикуют нас за это, но я думаю, что мы должны работать именно так. В этой соцсети есть и родители, и дети. Именно они формируют контент. А сам TikTok – это всего лишь среда, инструмент. Поэтому всем нужно понимать, что такое TikTok, как он работает и в чем его положительные стороны.
5. Ну и пятое - это деятельность, связанная с детьми с ограниченными возможностями. Мы и коллеги из Тюмени попали в пилот федерального проекта по реализации стандарта социальной услуги «Реабилитация инвалидов».
Есть новость — поделитесь! Мессенджеры ЕАН для ценной информации
+7 922 143 47 42
