Вечером 22 июня по Кушве прошел смерч. Стихия повредила кровлю и окна местной больницы, оставила город без света и связи, травмы получили десятки жителей. На месте ЧП оперативно работала единая бригада медиков из Кушвы и Нижнего Тагила, к утру больница вернулась в штатный режим, а все пострадавшие получили помощь. О том, как сработала система здравоохранения региона и насколько эффективно показала себя окружная модель скорой помощи, ЕАН поговорил с заместителем губернатора Свердловской области – министром здравоохранения региона Татьяной Савиновой.
- Татьяна Леонидовна, какие были первые шаги минздрава, когда стихия разбушевалась в Кушве?
– Информация о ЧС природного характера поступила к нам в 19:30 22 июня. Ситуация осложнялась тем, что в Кушве одновременно пропали электричество и телефонная связь – вызвать скорую помощь жители просто не могли. Тем не менее уже в течение получаса данные о происшествии были переданы в наш центр управления, в Территориальный центр медицины катастроф и в координационный медицинский штаб. Хочу отметить грамотные действия заместителя главврача Кушвинской центральной городской больницы Алевтины Лихачевой – она исполняла обязанности главного врача и в первые же минуты мобилизовала все ресурсы: бригады скорой помощи, сотрудников стационара, около 10 человек хозяйственной службы. Мой первый заместитель Игорь Пушкарев немедленно выехал на место, где возглавил оперативный медицинский штаб.
- Главное опасение в таких ситуациях – пациенты, которые уже находятся в больнице. Что было с ними?
– На момент удара стихии в реанимации Кушвинской больницы было четверо тяжелых пациентов, двое из них – на искусственной вентиляции легких. Еще 22 паллиативных пациента, лежачих, часть из них – на энтеральном питании. Это, наверное, самая уязвимая категория. Но больница сработала оперативно: сразу запустился дизель-генератор, реанимация ни на минуту не останавливалась, аппараты ИВЛ продолжали работать. Мы были полностью готовы при необходимости эвакуировать 20 паллиативных пациентов в другие медицинские организации, но этого не потребовалось. Ни один человек из числа находившихся в стационаре не пострадал от последствий смерча. К обеду 23 июня больница вернулась в штатный режим работы.
- Как в таких условия себя показала окружная модель скорой помощи?
– Кушвинская ситуация – это, по сути, стресс-тест, который окружная модель прошла блестяще. Напомню логику этого решения: массовое объединение станций скорой помощи в регионе мы начали еще в период пандемии COVID-19, в 2021–2022 годах. Тогда стало абсолютно очевидно: маленькие бригады, привязанные к каждой отдельной больнице, в кризисной ситуации не справляются. Быстро реагировать, перераспределять силы, маневрировать ресурсами способны только крупные медицинские организации. Юридически окружная станция скорой помощи в Горнозаводском управленческом округе будет оформлена в июле, буквально через несколько недель. Но методически модель уже работала – и Кушва это доказала.
- Как была организована работа бригад скорой помощи?
– Главный врач Нижнетагильской станции скорой медицинской помощи Инна Снегирева уже к 21:30 22 июня была в Кушве. Вместе с ней приехали две дополнительные бригады скорой из Нижнего Тагила.
Это и есть преимущество окружной модели: руководитель крупной станции имеет полномочия и ресурс мгновенно перебросить силы туда, где они нужны. Если бы у нас оставалась прежняя схема, когда каждая маленькая скорая «варится в своем соку», такой оперативной переброски просто не получилось бы – пришлось бы согласовывать, искать резерв, терять часы.
- Как искали пострадавших, если связи в городе не было?
– Это тоже отдельный момент, где сработала именно командная организация. Поскольку дозвониться до медиков жители не могли, мы решили работать проактивно – бригады стали объезжать улицу за улицей, домовладение за домовладением, опрашивать людей: есть ли пострадавшие, нужна ли помощь. За ночь мы выявили около двух десятков пострадавших. В основном – колото-резаные раны от выбитых стекол и летящих обломков. Первичную хирургическую обработку выполняли на месте, в Кушвинской больнице. Четырех пациентов эвакуировали в Нижний Тагил – одного госпитализировали в Нижнетагильскую больницу, остальных после оказания помощи отправили на амбулаторное лечение. К 2:00 бригады завершили подворовой обход и были готовы продолжать работу уже непосредственно в стационаре.
- А Нижний Тагил из-за этого маневра не остался без бригад скорой помощи?
– Это очень частый вопрос, и ответ принципиальный: нет, не остался. Жители Нижнего Тагила вообще не почувствовали, что часть бригад работает в соседнем городе.
Именно потому, что Нижнетагильская скорая – объединенная станция с серьезным ресурсом. Норматив доезда на экстренные вызовы у нас до 20 минут, и он соблюдался в обоих городах. Это и есть тот эффект масштаба, ради которого мы шли на укрупнение: экстренные вызовы получают абсолютный приоритет, неотложные обслуживаются следом, и ни одна территория не остается без помощи.
- Есть ли риски сокращения фельдшеров, самих бригад скорой в новой модели?
– Когда нам говорили о рисках укрупнения, мы отвечали: смысл объединения – не сократить, а усилить. Усилить за счет общего диспетчерского центра, общего парка автомобилей, единого управления, возможности маневра. Кушва – это наглядная иллюстрация. ЧС природного характера, разрушенная инфраструктура, нет связи, ночь, два десятка пострадавших, тяжелые пациенты в реанимации – и при этом ни одной потерянной жизни, больница заработала в штатном режиме на следующий день. Если бы скорая работала по «старой» модели маленьких разрозненных подстанций, итог мог быть совершенно другим. Поэтому ответственно заявляю: решение о переходе на окружной принцип был правильным, и события в Кушве это подтвердили – и методически, и практически.
- Больница в Кушве тоже пострадала. Как быстро ее восстановят?
– Ущерб мы оценили утром 23 июня вместе с хозяйственными службами. Повреждено около 200 м. кровли, разбито остекление – изначально говорили о 14 окнах, но мы решили сразу поменять все 60 окон корпуса, чтобы не возвращаться к этому вопросу в дальнейшем. Пострадала входная группа – перила, остекление. Предварительный ущерб составил около 3 млн рублей. Сметы проверены, 25 июня заключаем договоры с семью подрядчиками по семи видам работ. Все восстановительные мероприятия должны быть завершены до 10 июля. При этом, подчеркну еще раз, штатная медицинская работа больницы не прерывалась – пациенты получают помощь в обычном режиме.
- Какой главный вывод вы делаете из этой истории?
– Вывод простой: система здравоохранения Свердловской области готова к нештатным ситуациям. Готова потому, что мы последовательно, несмотря на критику, выстраиваем окружную модель скорой помощи, единые центры управления, межмуниципальное взаимодействие. Кушва показала, что эта конструкция работает в самых тяжелых условиях: без связи, без света, ночью, с массовым поступлением пострадавших. Я благодарю коллег – Алевтину Лихачеву, Инну Снегиреву, Игоря Пушкарева, всех врачей, фельдшеров, водителей, сотрудников хозяйственных служб – за слаженную и профессиональную работу.
И отдельно – за то, что в самой сложной ситуации они думали в первую очередь о людях!
