В Екатеринбурге многие годы не могут начать ремонт федерального памятника «Дом печати» из-за того, что в документах есть неопределенность со статусом крыши здания. Если 20 лет назад чиновники не видели препятствий для изменения конструкции кровли, то с 2017 года подготовка к реставрации осложнилась.
Арендатор «Дома печати» — компания «Татлинъ» — обещает починить крышу, но при условии изменения охранного статуса. Против правок выступает управление госохраны объектов культурного наследия Свердловской области (Свердлохранкультура).
Определить, имеет ли крыша «Дома печати» историческую ценность, предстоит Арбитражному суду Свердловской области, где накануне прошло очередное заседание по спору о статусе кровли.
Статус крыши, оспариваемый на сегодня в суде, был установлен в 2017 году управлением госохраны объектов культурного наследия Свердловской области. Основанием для этого стало исследование Людмилы Михайловой — председателя Совета СРО ВОО «ВООПИиК», искусствоведа-реставратора аналитического отдела филиала ФГБУ «ЦНИИП Минстроя России» «УралНИИпроект». В 2014 году она опубликовала фундаментальный труд о культурно-исторической ценности «Дома печати». На основании этой работы и была написана историко-культурная экспертиза, принятая Свердлохранкультурой.
В последующие годы этот документ решил пересмотреть начальник экспертно-аналитического отдела ФГБУ «ЦНИИП Минстроя России» Юрий Курашов, составивший новую экспертизу. Он также использовал труды Михайловой. По его словам, он актуализировал существующий документ и сделал это для того, чтобы появилась возможность отремонтировать крышу.
Дело в том, что Курашов, будучи начальником управления по госохране ОКН минкультуры Свердловской области, в 2009 году выдал «Татлину» техзадание на проведение работ по сохранению «Дома печати». В документе отдельно обговаривался ремонт кровли.
«В целях ликвидации мест образования снеговых мешков, обледенения и разрушения водостоков и парапета со стороны уличных фасадов рекомендуется разработать вариант замены существующей двускатной кровли на односкатную кровлю со стоком во двор или плоскую», — говорилось в предписании за подписью Юрия Курашова (документ есть в распоряжении ЕАН).
На тот момент крыша «Дома печати» охранным статусом не обладала. Но у «Татлина», который в 2008 году стал арендатором памятника, не было возможности и средств провести работы по ремонту кровли, поскольку нужно было привести в порядок внутренние помещения здания и завлечь туда других арендаторов.
К тому времени, когда у компании все-таки появилась возможность начать работы и она обратилась в управление за техзаданием, выяснилось, что у кровли поменялся статус, пояснили ЕАН в «Татлине». Управление отказало компании. После того, как возникла эта проблема, Курашов, по его словам, решил актуализировать существующую экспертизу.
«Никто не снимает статуса охраны со здания. Речь идет об исключении частей, имеющих историко-культурное значение. Никто не оспаривает ценность южного фасада (расположен по красной линии проспекта Ленина – прим. ЕАН) или восточного фасада (по красной линии улицы Тургенева – прим. ЕАН).
Вот когда горел в Париже собор Нотр-Дам, там была утрата аутентичного материала XV века — свинцовой крыши и дубовых брусьев. А что будет, если на «Уральском рабочем» крышу из сурика просто покрасят в другой цвет? Это имеет значение для историко-культурной ценности здания, когда саму крышу не видно даже? Для упрощения и надежности там можно, например, применить даже профнастил, так как она малоуклонная. Здание большое, крыша старая, скатная. Из-за этого скапливаются осадки, образуются снеговые мешки, что приводит к подмочке фасада», — пояснил ЕАН Юрий Курашов.
Однако свердловское управление госохраны актуализированную экспертизу отвергло. После этого эксперт подал исковое заявление в суд, чтобы, по его словам, здание окончательно не разрушилось.
Состоялось уже два заседания, и по ходу дела процесс обрастает новыми участниками. Первоначально к нему были подключены истец, ответчик (в лице управления), ООО «Татлинъ» (как третья сторона) и Агентство по управлению и использованию памятников истории и культуры (АУИПИК), в оперативном управлении которого находится «Дом печати». Ко второму заседанию к сторонам присоединился прокурор (в качестве иного лица, то есть скорее как наблюдатель).
На втором заседании Юрий Курашов повторил основные свои претензии к экспертизе, принятой управлением. Он отметил отдельно, что в этот документ был вписан несуществующий, по его словам, треугольник крыши.
Курашов добавил, что «Дом печати» был включен в реестр объектов культурного наследия не из-за своей архитектурной ценности, а потому что там печатались правительственные газеты, что, впрочем, не умаляет значение здания как памятника. Однако, как полагает эксперт, не следует ставить под охрану каждую деталь «Дома печати».
«Это достаточно универсальное промышленное здание, которое с тем или иным техническим несовершенством дожило до наших дней. Один из важных элементов – это фасады здания, которые играют роль в формировании площади Парижской Коммуны. И модное влияние конструктивизма повлияло на решение архитекторов сделать крышу невидимой. Но она сейчас способствует разрушению памятника, поскольку в ней заключено неудачное техническое решение с точки зрения скопления осадков. Бездумное включение всех объектов в список охраны может негативно сказаться на сохранности всего памятника», — пояснил в суде Юрий Курашов.
Его позицию в суде поддержала представитель «Татлина», которая продемонстрировала суду чертежи с разночтениями при описании крыши. Где-то она упоминалась, как односкатная, в других эскизах было иное обозначение. Юрист компании заявила суду, что управление не сверялось с паспортом охраны объекта, изготовленным в 1985 году, где описания крыши не было.
«Я думаю, что в архивном деле этот паспорт есть. Но в 2017 году не было никакого регламента и документа, которому следовало следовать при утверждении предметов охраны. Но ООО «Татлинъ» на протяжении более 20 лет получает отсылки на эти паспорта. Если мы внимательно посмотрим на акт технического состояния и паспорт 2010 года, то обнаружим, что предмет охраны прописан с четким соответствием паспорта 1985 года. Когда мы спрашиваем, каким образом многоскатная крыша проявилась в предмете охраны, управление ссылается на ксерокопии эскизного проекта «Дома печати». То есть орган охраны посмотрел на эскизный (а не финальный проект), который неоднократно менялся», — пояснила юрист.
Представитель управления, парируя в суде, указал, что исследование Юрия Курашова не соответствует формальным признакам, чтобы чиновники его рассмотрели. Во-первых, проверяющие не нашли в документе Курашова ссылок на документы, которые использовались при составлении первоначальной экспертизы. Во-вторых, истец, критикуя приказ управления об утверждении предметов охраны «Дома печати», приводил оценочные суждения. В-третьих, управление не нашло никакой новизны в работе бывшего сотрудника свердловского минкультуры.
Примечательно, что представитель АУИПИК в этом споре высказался в поддержку Юрия Курашова. Но на мнение органа охраны позиция федерального агентства не повлияла. В итоге второе заседание суда закончилось призывом еще одного участника. Свердлохранкультура ходатайствовало о привлечении территориального управления Росимущества, чтобы это ведомство дало свою оценку последствиям изменения списка предметов охраны «Дома печати». Присутствовавший впервые в этом споре представитель прокуратуры от оценок пока воздержался и заявил ходатайство об ознакомлении со всеми материалами.
В свердловском управлении госохраны памятников сменилось руководство10 февраля в 15:32
