November 17, 2019, 4:39 AM

«Элита может не знать поэзию, но историю знать обязана»: автор книги «Приходы. Культурные волны Урала» - о своем одиннадцатом проекте

Издание «Коммерсантъ-Урал» представило свою 11-ю книгу - «Приходы. Культурные волны Урала». Традиция авторов – работа с архивами и документами. Новый продукт посвящен «волнам», историческим процессам, которые, по мнению Сергея Плахотина, генерального директора ИД «Коммерсантъ-Урал», сформировали историю Свердловской области.

- Для тех, кто хотел попасть на презентацию, но не сумел и сейчас будет искать книгу. О чем она?

- Мы рассматривали 400 лет истории Урала. За четыре века нас формировали, и сформировали в итоге определенные события, тенденции, волны истории. Все началось с «крестьянской» волны, когда на Урал пришли условные русские с Запада, духовно сопровождаемые православием.

Потом были «горнозаводческая» и «старообрядческая» волны. Две последние - очень взаимосвязанные, усилившие друг друга и перевернувшие в регионе все.

Потом предпринимательская волна, индустриальная, капиталистическая и и потом – уже советская «индустриальная», вторая по-настоящему революционная. По итогам которой к 1938 году в городах жили 60% свердловчан, в два с половиной раза больше, чем буквально лет 15 назад.

«Индустриальную волну сопровождала «лагерная»: спецпереселенцы, раскулаченные. Конечно, этапы шли через Урал всегда, но именно в советское время это стало настоящей массовой историей, когда в ряде городов и районов спецконтингент НКВД мог достигать 40% населения. При этом не нужно считать, что это какой-то колоссальный минус, тормоз для развития. Те же ссыльные кулаки – это крестьянская элита. И 40 тыс. высланных советских немцев – это тоже элита. Эвакуационная волна в годы Великой Отечественной – это тоже элита: культурная и инженерная, производственная.

Следующая - современная, «капиталистическая». Кстати, она нам вернула «православную», убитую при советской власти, и максимально усилила информационную. Интересно было посмотреть, как каждая из волн и на каком городе сказалась.

- Например, Верхотурье.

- С Верхотурьем очень интересно, это один из первых форпостов, оттуда пошла дальнейшая колонизация по рекам на юг. Верхотурье на границе XVII-XVIII века ненадолго стало центром горнозаводчества. И сразу пошла мощная каменная застройка, кремль появился. Воеводой там тогда был Калетин, зять могущественного Андрея Виниуса, главы Сибирского приказа, что роль, наверное, тоже сыграло.

Хиреть Верхотурье стало после того, как Берг-коллегия обосновалась в Екатеринбурге. Каменное строительство сразу как отрубили. Потом логистика вмешалась, и еще через 60 лет, когда заработал Московский тракт, стало совсем грустно.

По большому счету спас город культ Симеона Верхотурского, который при жизни, как определили историки, был «гулящий» человек с реки Пинеги, Семейка Пинежанин, шивший шубы и зафиксированный плательщиком в оброчных книгах.

- Желающих жить там в наше время не очень много. Несмотря на статус духовной столицы, это глубокая и депрессивная провинция.

- Да, но все может измениться. Еще 100 лет назад Верхотурье было другим, экономика Николаевского монастыря и города была построена вокруг культа Симеона и обслуживания паломников. Был построен едва ли не крупнейший в России Крестовоздвиженский собор.



Конечно, «советская» волна там все убила. Но подождем, процесс ведь уже пошел в обратную сторону.

- XX век, «индустриальная» волна. Возможно, самая важная в истории?

- Это то, что во многом сформировало нас всех сегодняшних. Хотя на самом деле она могла быть менее мощной.

В советском правительстве велись ожесточенные споры о том, где строить второй промышленный центр, на Донбассе или у нас, на Урале. Украинская часть властной элиты и Главмет ожесточенно боролись за Донбасс, другая часть, Орджоникидзе, Куйбышев, например, выступали за Урало-Кузбасский конгломерат. Одним из аргументов в его пользу у нашего металлурга Грум-Гржимайло был геополитический: удаленность от границ, от возможного военного захвата врагами. История Великой Отечественной в итоге показала правоту выбора уральского варианта.

Кстати, украинцы аргументировали выбор донбасского варианта тем, что уральский металл будет безумно дорогим, экономически невыгодным. Трактаты писали! Уральское лобби приводило свои аргументы: соединим Тагил, Магнитку и кузбасские угли, все будет хорошо, себестоимость будет нормальной. Элитные споры продолжались долго, финансирование Уралмаша из-за них дважды приостанавливали. Но в итоге на уровне политбюро приняли решение в пользу Урала.

- Вернемся в историю. «Горнозаводская волна»...

- Завод, река, плотина, пруд - вокруг этого строятся всю жизнь города. За развитием заводов тянется обслуживающая их предпринимательская, купеческая волна...

- А информационная?

-Да, конечно, и она идет в рост. Но изначально информация шла через церкви, храмы, где указы оглашались и люди собирались, да и в последующем церковно-приходские школы и священнослужители были важнейшим источником знаний и информации. Каждая волна несла свою часть: с горнозаводской волной пошли школы, техническое образование. Газеты, библиотеки, первые театры - все это у нас появилось в середине XIX века. Потом в советское время радио важнейшую роль играло. Ну а дальше уже все понятно, 

- А старообрядцы... Демидовы ими были?

- Старообрядцы роль огромную играли. У меня нет информации, что Никита и Акинфий Демидовы были старообрядцами, но правда в том, что за 50 лет, вплоть до смерти Акинфия, они построили лишь одну православную церковь, и то по личному указанию Петра, когда им отдали завод в Невьянске. Да и потомки их строить храмы не торопились, а старообрядчество поддерживали.

 


Все демидовские заводы-поселения - это глубоко старообрядческие места, и половина управленцев на их заводах были из староверов. В книге достаточно подробно это расписывается.

В Екатеринбурге купцы-старообрядцы были если не первой, то второй властью точно. В начале XIX века они разделились на две партии, перешедших в единоверие и беглопоповцев - тех, кто остался в старой вере. Но там экономика, личный бизнес роль большую играли - конкурировали за подряды и преференции. Ну и за власть в городской думе тоже боролись.

Золотой век старообрядчества - время Александра I. При Николае I времена изменились, многие под давлением перешли в единоверие. Но вот Тарасовы, усадьба которых сейчас перестроена в резиденцию губернатора, были тверды в старой вере и за это пять лет провели в Падве в ссылке.

- «Лагерная» волна...

-Еще одна сугубо наша тема. В Нижнем Тагиле на пике до трети населения составлял спецконтингент НКВД. А в целом по региону - это каждый десятый. Соответственно, это своя экономика, все это нужно было обеспечить инфраструктурой. Еще одна составляющая - криминальная субкультура, это все тоже из этой волны и из этого времени.

Конечно, каторжные этапы через Урал шли всегда, но «лагерная» волна советского времени - это уже совсем особое дело, это стало частью нашей экономики, культуры и жизни в целом.

После смерти Сталина на свободу вышла примерно половина сидельцев, и «лагерная» волна пошла на спад. Хотя многие последующие события тоже интересны. Например, история гибели в СИЗО № 1 Екатеринбурга лидера ОПС «Уралмаш» Александра Хабарова. Централ контролировал вор в законе Трофа, но со сменой власти в местном ГУФСИН произошла революция, и контроль над изолятором перешел к людям деда Хасана. Если бы не эта «лагерная» революция, возможно, Хабаров был бы жив. 

- Как писалась книга?

- Традиционно, никакой Википедии. В Интернете 95% информации не имеет прямого отношения к действительности. Это мифы, которыми мы живем. Интересно докапываться и углубляться, хотя при этом я прекрасно понимаю, что жить мифами комфортнее и проще.

Книга сделана только на научных трудах историков, тем более у нас очень сильная школа. Например, в моем понимании книга Николая Корепанова «Первый век Екатеринбурга» - это шедевральная вещь. Ее в обязательном порядке нужно вводить для изучения в школах города. Есть у нас и настоящие подвижники. Например, сайт, который ведет Распопов об истории Большого Урала.

Уверен, что историю нужно знать, в первую очередь это касается элит, людей, принимающих решения сегодня. Можно не знать поэзию, не знать действительно великих Рыжего и Кормильцева - это совершенно простительно, это ведь все равно вкусовщина по большому счету, но вот знать историю Урала они должны.

Это структурирует мозги, позволяет смотреть на многие вещи по-другому.

-Сколько работали над книгой?

-С февраля, и по факту книги вообще могло не быть. После нападения на наш офис и исчезновения нескольких жестких дисков я думал, что восстановить книгу не удастся, слишком большой объем работы был проделан, и восстановить его было бы сложно. К счастью, все материалы сохранились.

 


- Если бы не было всех этих волн - как пошла бы наша история?

- Мы были бы, конечно, но в меньшем количестве и качестве, уверен, что все было бы по-другому. Екатеринбург не был бы вторым по потенциалу городом страны, не победили бы мы Пермь и Тюмень. Вполне могли бы быть рядовым, невыразительным регионом, условной Оренбургской областью.

- Известные люди в истории Урала. Кто, на твой взгляд, может считаться выдающимся человеком?

- Чудовищно недооценена роль де Геннина. Это колоссальная фигура. Без денег, без всего создал крупнейшую в мире промышленную агломерацию. Великий руководитель, он всех объединил - башкир, Демидовых, старообрядцев, воевод. Великий объединитель.

В нас прочно вошло словосочетание «Татищев - де Геннин», именно в таком порядке. А надо бы говорить «де Геннин - Татищев».

Я категорический противник переименований, но вот очень хочется на табличках нашей главной улицы букву «л» заменить на «г». И вот это точно будет исторически справедливо и символично - улица Татищева, переходящая в проспект Геннина.

- Что тебе дала эта книга? Она ведь уже 11-я...

- С одной стороны, большое удовольствие от новых знаний и реализации этой не совсем очевидной идеи разделить историю на волны. Но и много головной боли. К сожалению, некоторые спонсоры, которые обещали поддержать проект, в итоге спрыгнули, так что мне еще с начальством в Москве придется объяснятся. Увы, история интересна не всем, в цене сегодня шоу-бизнес, скажем так.

-Сколько стоит такой проект?

- Недешево. Заработать на этом, при таком высоком качестве продукта, крайне тяжело. Поэтому развить эту тему вряд ли получится. Но если в идеале, то это должен быть многотомник. По книге на каждую волну. Но это уже другими силами надо делать. Мы по сути вдвоем и к тому же не историки, а популяризаторы, хотя за качество продукта я отвечаю. Мы рассчитываем на то, что более легким продуктом побудим читателя заинтересоваться историей Урала и почитать что-то еще уже у серьезных историков.

- О чем будет 12-я книга?

- Очень хочется написать о 90-х годах на Урале. О том, как на самом деле формировались крупнейшие состояния сегодняшнего времени. С акцентом на власть и деньги, на то, как у нас проходила приватизация. Если решусь – это будет серьезный проект. Написать очень хочется, это поучительно, познавательно, интересно. И там масса скелетов во многих шкафах.

Беседовал Александр Кириллов.

Источник фото: ЕАН, соцсети участников презентации
Комментировать