«Фамилию не слышали, значит, надежда есть»: почему сотни людей в Екатеринбурге пришли поддержать неизвестного кандидата в президенты. Репортаж ЕАН
![«Фамилию не слышали, значит, надежда есть»: почему сотни людей в Екатеринбурге пришли поддержать неизвестного кандидата в президенты. Репортаж ЕАН](https://eanews.ru/uploads/images/2024/january/21/2222.jpg)
Екатеринбург включился в избирательную кампанию Бориса Надеждина – политика, чье имя остается загадкой для рядового избирателя. Кандидату в президенты, который выступает за прекращение спецоперации, требуется собрать 100 тыс. подписей за свое выдвижение. И чтобы поддержать Надеждина, сотни свердловчан оказались готовы выстоять два часа в уличной очереди. Корреспондент ЕАН пообщался с ними и попытался разобраться в причинах.
«Мама, а куда люди стоят?» – трясет укутанный в шарф пятилетний мальчик ладонь сопровождавшей его невысокой женщины. Сбитая с толку мать растеряно окидывает взглядом очередь из нескольких десятков человек и, дойдя до головы колонны, всматривается в прозрачную дверь. Приклеенный с обратной стороны стекла лист А4 сообщает, что за дверью – штаб сбора подписей в поддержку Бориса Надеждина. «Не знаю…» – тихо признается женщина.
В старом офиснике на Первомайской, 77, вход в который сторожат массивные колонны, уличная гигантская очередь продолжается. Каждый, кто, наконец, пересекает прозрачную дверь, разочарованно обнаруживает, что внутри людей еще больше, чем снаружи. Здесь человеческая вереница тянется вдоль всего фойе, сворачивает направо и поднимается по широкой темной лестнице на второй этаж. Наверху – узкий коридор, свет которого еще тусклее: из четырех лампочек работает лишь одна.
Здесь же – финальная точка для всех ожидающих. По одному их вызывают в залитый электрическим светом тесный кабинет, все пространство которого съедено парой столов и коробками с бумагой. Раскрыв паспорта, выстоявшие очередь делают то, ради чего пришли: ставят подпись в поддержку выдвижения Бориса Надеждина.
Собравшиеся признаются, что биографию кандидата знают плохо. Мол, человек он новый, известно о нем пока очень мало. Однако самого Бориса Надеждина – политика с почти 35-летним стажем – эти слова наверняка заставили бы улыбнуться.
Надеждину 60 лет. За карьеру во власти, начатую еще в конце 1980-х, он успел немало: был депутатом Госдумы, работал с Сергеем Кириенко и Борисом Немцовым, сотрудничал с пятью разными партиями. Последняя из них, «Гражданская инициатива», и выдвинула Надеждина на первые в его карьере президентские выборы. Теперь, чтобы попасть в бюллетень, до 25 января политику нужно получить 100 тыс. подписей в свою поддержку. К вечеру 21 января собрано лишь чуть больше половины.
Из кабинета каждые пару минут раздается: «Екатеринбург и Свердловская область!» Так члены штаба приглашают обладателей местной прописки. Но очередь не двигается. У большинства в паспорте – другая регистрация: Пермский край, ХМАО, Курганская область, Москва, Краснодарский край…
Пришедший с товарищем мужчина в спортивной куртке моментально выдвигает гипотезу: «Тут же УрФУ рядом, студгородок. Набежали, наверное». Однако студентов здесь в лучшем случае треть – меньше только представителей старшего поколения. Зато последние, если и встречаются, непременно чем-нибудь удивляют соседей по очереди.
Вот, например, бойкая женщина чуть младше 60 хвастается, что ради подписи «шла сюда пешком от «Дирижабля»» – почти 7 км.
Все это время вдоль очереди снуют волонтеры с горячими чайниками. Одну за другой партию кипятка они несут на улицу – для подмерзающей толпы. И если хвост очереди пока вежливо отказывается от чая, голова уже просит добавки. «За стаканами тянутся – а руки-то красные! Почему без перчаток?» – цыкает девушка с пачкой бумажных стаканчиков под мышкой.
Пришедших по-настоящему много. Пожилая дама, решившая убедиться в размерах очереди, проходит ее от конца до начала и разворачивается: «Не буду я стоять целый час!» На это люди в голове колонны лишь снисходительно посмеиваются – буквально пару минут назад на их глазах из здания вышла женщина, отстоявшая ради подписи три часа.
Но большинство пришедших, конечно, были готовы, что ожидание не будет скорым. Вот юноша в дутых зимних сапогах, примкнув к очереди, деловито раскладывает рыбацкое кресло. Сев, парень достает книгу – это Стругацкие.
От предложенного волонтерами чая он отказывается: расстегнув походный рюкзак, он демонстрирует собственный термос. Удивительная подготовленность.
«Я думаю, в России есть проблемы посерьезнее», – шутит 23-летняя девушка-продюсер на вопрос, не боится ли она замерзнуть в очереди. Она признается, что почти не верит в допуск Надеждина до выборов, но иных кандидатов для себя не признает: «Он единственный, кто дает хоть какую-то надежду. А больше у нас ничего нет».
Сотрудница банка, пришедшая с мужем-предпринимателем, делится, что мартовские выборы для них – возможность повлиять на курс страны. Супруги взволнованы экономической ситуацией в России и хотят изменить ее. При этом аргументы оппонентов Надеждина, что он лишь кандидат-спойлер, согласованный Кремлем, им хорошо знакомы:
«Мы не шибко-то сторонники Бориса Надеждина. Пусть это был бы другой кандидат. Нам важно подать голос, что в России есть люди, которые против текущего курса».
Растущая с каждым часом колонна привлекает все больше внимания. То и дело к ожидающим в очереди подходят прохожие с самыми оригинальными вопросами. «Пенсию выдают?» – искренне удивляются мужчины в строительных спецовках. «Как будто водку разливают. Чего ломитесь туда?» – с улыбкой журит старик в меховой формовке. «Заняться больше нечем, да?» – задиристо кидает толпе парень в спортивном костюме, но тут же быстрым шагом скрывается прочь.
К сторонникам Надеждина, пришедшим с детьми, собравшиеся относятся подчеркнуто вежливо. Родителей пропускают без очереди – чтобы не морозить малышей. «Надеждин – единственный кандидат, который выступил за прекращение боевых действий. И моя подпись не столько за Надеждина, сколько за мир, – рассуждает 34-летний программист с сыном на руках. – Да, пусть он согласован Кремлем, пусть это «договорняк». Но государство должно увидеть, что в обществе есть запрос на мир».
Впрочем, не все в очереди верят, что у Надеждина есть кремлевские покровители. «Учитывая, какими темпам идет сбор... Только половину пока успели. Если б он был согласованным, то, думаю, подписи собирали гораздо активнее», – возражает 26-летний айтишник, пришедший с девушкой. Самого Надеждина они считают кандидатом «не идеальным, но представляющим альтернативу власти».
Постепенно очередь становится местом, где совершенно незнакомые люди легко затевают дискуссию о политике. Выясняется, что многим близок один из пунктов предвыборного манифеста Надеждина – о децентрализации власти. «Мы очень хотим, чтобы федерация была настоящей федерацией. Нас это очень привлекает в его программе», – рассказывает студентка и ее молодой человек.
Ближе к вечеру продолжающая расти очередь начинает переживать. Собравшиеся знают, что штаб работает до 17:00 – но принять подписи у такой толпы до этого времени едва ли возможно.
К облегчению пришедших, по колонне пускают весть: штаб намерен работать до последнего посетителя. «Вчера по этой причине в одиннадцатом часу ушли», – с нервной улыбкой реагирует девушка-волонтер.
Очередь между тем не устает удлиняться. И сильнее всех этому радуются люди, которые уже поставили подпись. Они обнаруживают, что за время, пока они были в здании, желающих поддержать Надеждина стало только больше.
«Вы знаете, хочется уже что-то поменять. Чтобы прошла эта стагнация, когда много лет голосуем за одних и тех же кандидатов, – признается 57-летняя профессиональная певица, только что вышедшая из штаба. – А его [Надеждина] фамилию мы раньше не слышали, значит, надежда все-таки есть».
Игорь Сергеев