Народное единство и народное терпение – чего в нас больше: интервью с челябинским доктором наук Сергеем Зыряновым
![Народное единство и народное терпение – чего в нас больше: интервью с челябинским доктором наук Сергеем Зыряновым](https://eanews.ru/uploads/images/2023/november/04/b66x7018.jpg)
По данным ВЦИОМ, опубликованным 2 ноября 2023 года, 58 % опрошенных россиян заявили, что народное единство в России «скорее есть». Год назад такой точки зрения придерживались 56 % участвовавших в социсследовании жителей страны, а в 2021-м их был 31 %. Об отсутствии народного единства в этот раз заявили 35 %. В прошлом году таких людей было 37 %. От чего зависит ощущение единения с соотечественниками? Как на это ощущение влияют события, подобные штурму аэропорта в Махачкале? И как сегодня россияне воспринимают День народного единства, который отмечается 4 ноября? Об этом мы поговорили с доктором политических наук, председателем бюро Челябинского областного отделения Российского общества социологов Сергеем Зыряновым.
- Сергей Григорьевич, как с годами меняется или не меняется отношение россиян ко Дню народного единства? Что говорят исследования?
- Пока нет всеобщей массовой поддержки этого праздника. Возможно, еще мало времени прошло с тех пор, как его учредили. Но сам праздник нужен власти как символический политический ресурс для усиления влияния государства, чтобы поднять его авторитет. У каждого государства должен быть праздник или целый ряд таких дат, которые фиксируют идейно-духовные основы существования самого этого государства. В новой России это День народного единства. Тут много символов, в первую очередь посыл к единству многонационального народа. Впервые у россиян спросили о нужности празднования Дня народного единства в 2004 году. Тогда в исследовании ФОМ (Фонд Общественное Мнение – прим. ред.) мнения распределились так: скорее нужен – 46 %, скорее не нужен - 38 %. Этот вопрос перестали задавать после 2010 года, потому что там цифры изменились. Стало очевидно, что, «скорее нужен» – так говорили 38 %, а «скорее не нужен» - 26 %.
- А как люди отвечают на вопрос о выборе даты для Дня народного единства?
- Опросы по поводу даты начались с 2012 года. Например, в 2019-м 58 % говорили, что дату выбрали «скорее правильно». 16 % заявили, что их не устраивает дата 4 ноября и связанные с ней исторические события в качестве основы для празднования Дня народного единства. Эти цифры свидетельствуют о том, что праздник население скорее приняло, чем отторгло.
- Но ведь многие приняли его исключительно из-за того, что получили дополнительный выходной…
- Вопрос о том, как россияне воспринимают 4 ноября – как выходной или праздник, ФОМ начал задавать в 2015 году. Тогда как праздник его воспринимали 26 %, а, например, в 2021 году таких было 21 %. То есть около пятой части населения России воспринимали его как праздник. А как к дополнительному выходному к нему в 2015 году относился 61 %, а в 2021-м – 71 %. Растет эта цифра. У нас [Челябинского филиала РАНХиГС] тоже были исследования на эту тему среди жителей Челябинска. В 2017-м 26,8 % ответили, что для них это праздник, а в 2019-м таких было 29,9 %. Просто дополнительный выходной - 57 % в 2017 году и 66, 8 % в 2019-м. Цифры близки к тому, что показывали опросы по России.
- По вашему мнению, само понятие «народное единство» с февраля 2022 года как-то трансформировалось или остается статичным?
- Я полагаю, что очень хорошо работает государственная пропаганда, которая настойчиво и, наверное, правильно с точки зрения государства фиксирует то, что народ сплотился вокруг государства, вокруг президента как символа современного российского государства.
И возникло это сплочение. Опрос фиксирует большее единение народа и власти, чем было раньше. Но есть те, кто не принимает эту позицию. По разным опросам, это примерно 20 % населения (именно эту цифру в феврале 2023 года опубликовал ВЦИОМ).
Это та часть общества, которая критически относится к проведению специальной военной операции, не принимает ее, считает ошибочным это политическое важное решение. И есть относительно небольшая часть россиян, которые себя позиционируют как активные противники этой операции, некоторые из них покинули родину.
- А те, кто против праздника, как поясняли свою позицию?
- Для выяснения их мнения был задан вопрос, и на него люди отвечали так: 7 % считают, что это искусственно созданный праздник; 5 % - праздником был день 7 ноября; еще 5 % - слишком много праздников, надо работать, а не бездельничать. Но социологи задавали и вопрос-антагонист: почему России нужен этот праздник? 29 % говорили, что он сплачивает людей, 12 % отмечали, что это дополнительный выходной. А 4 % заявляли, что это важная историческая дата, которую нужно помнить.
- Как вы думаете, что больше всего мешает россиянам ощущать фактическое народное единство?
- Существующий в России общественно-экономический строй - неравновесный с точки зрения распределения материальных благ между людьми. Население это хорошо видит и фиксирует данное обстоятельство. Прежде всего речь о показном богатстве олигархов, которые, не стесняясь, демонстрируют яхты, дворцы, заграничные дома в Лондоне, Ницце и т. д. Все это попадает в прессу. А с другой стороны, есть порядка 50 % населения России (оценка экономиста Натальи Зубаревич), которые живут от зарплаты до зарплаты. И им денег хватает только для того, чтобы обеспечивать свое повседневное существование. И еще есть группа людей, которых называют «новые бедные». Это люди, которые, как правило, работают, государство их нанимает, но они получают очень небольшую зарплату – в пределах 15-20 тыс. И даже при наличии двух работающих в этой семье этих денег недостаточно, чтобы решать полноценно вопросы обеспечения и развития семьи, воспитания детей. Это тоже население видит, и оно внутренне не согласно с таким образом единства.
Олигархи и половина населения находятся по разные стороны кошелька. У одних этот кошелек – «ешь - не хочу», а у других – «лишь бы хватило выжить».
- Насколько отношение к празднику связано с отношением к партии власти?
- Есть перекличка между названием партии и праздника. К тому же они возникли примерно в одно время. День народного единства был учрежден в 2004 году, через год после достаточно серьезной, знаковой победы «Единой России», получившей на выборах в Государственную думу в 2003 году 223 мандата.
- Какие могут быть использованы инструменты, чтобы сделать праздник по-настоящему народным?
- Первое, что приходит в голову, - это более эффективная социально-экономическая политика государства, которая имеет целью развитие экономики, промышленности, как тяжелой, так и легкой. Также это постоянный рост ВВП хотя бы в пределах 3-5 %, чего у нас не наблюдается в последние 10 лет. Рост ВВП у нас в это десятилетие чуть больше 1 %. Это фактически стагнация в экономике. Вспомним, что, когда в начале 80-х рост ВВП Советского Союза сократился до 2,5-3 % в год, начался экономический кризис. А сейчас терпение народа позволяет тянуть время, когда явно слабо развивающаяся экономика населением воспринимается терпимо и власть народом воспринимается терпимо. Но бесконечно это длиться не может.
- Тогда нужно учредить еще один праздник – День народного терпения.
- Было бы неплохо сделать такой праздник. Вообще многие отечественные и зарубежные историки, исследователи России и русского общества соглашаются, что дух нашего народа заключается в терпении, которое хорошо выражается в поговорке про нашего мужика: долго запрягает, но быстро едет. Пока мы продолжаем запрягать.
- Я видела комментарии в интернете, как люди ехидно писали про события в аэропорту Махачкалы: перед Днем народного единства мы видим, какое у нас единство. Что вы об этом думаете?
- Как я ранее отмечал, этот праздник – символический политический ресурс, который властвующая российская элита использует, чтобы обеспечить усиление своей легитимности.
Праздник – это некая идея, оценка духовного состояния российского общества, предложенная властью. А с другой стороны, есть реальная практика поведения людей, которая всегда отличалась и отличается сейчас от того, что можно назвать народным единством.
Есть такие понятия, как абсолютная и относительная истина. Если название праздника – это символический политресурс, который в государственной пропаганде пытаются представить как абсолютную истину, то люди понимают, что относительная истина – другая: это повседневная жизнь, в которой бывает все. И проявление этой другой относительной истины – очень неприятное событие, случившееся больше, чем через сто лет, насколько я помню, после последних еврейских погромов в России, происходивших в 1915-1916 годах.
И сейчас через такой огромный промежуток времени мы опять столкнулись с подобным явлением: толпа людей вышла куда-то на улицу или на поле аэродрома, чтобы устроить мини-еврейский погром. Это следствие ряда причин. Можно назвать две главных. Первая - нарастающее ожесточение внутри российского общества, что объясняется и пропагандой, и характером принимаемых законов в Госдуме (30 % законов за последние 10 лет были запретительными). Большое количество запретов приводит к ожесточению. Есть категория людей, которые воспринимают эти запреты как истину в последней инстанции. И если государством что-то запрещено, то они начинают следить за тем, чтобы этот запрет соблюдался. Вторая причина – палестинизация части мусульманского населения. Это значит, что мусульмане готовы активно поддерживать ХАМАС и палестинцев, которым не позволяют создать свое государство.
- Как можно повлиять на ситуацию с помощью социологических инструментов?
- Нужно работать с точки зрения контрпропаганды. Сейчас социология чаще используется государством только в одной своей функции - пропагандистской: публикуются социологические данные, которые говорят только о хороших тенденциях в отношениях россиян друг с другом или россиян с государством.
Я знаю, что есть закрытые исследования, которые изучают в том числе проблемы этнических, межконфессиональных отношений. И там цифры не такие, которые приводятся в массово распространяемых исследованиях. Они более тревожные. Нужно использовать не только пропагандистскую функцию социологии, но и прогностическую, чтобы с помощью исследований понимать, что будет происходить дальше.
И эти цифры нужно делать инструментом управления социальными процессами, социальными отношениями в тех точках, где наблюдается не очень хорошая ситуация. В республиках с преимущественно мусульманским населением проблема отношения к представителям других религий выглядит сложно. И нужно регулировать эти вопросы так, чтобы снимать, устранять эту сложность.
Подобная сложность есть и в Челябинской области, поскольку у нас многоконфессиональный регион, народы, исповедующие ислам, имеют компактные районы проживания, например, Кунашакский и Аргаяшский. Чтобы понимать, где может полыхнуть, проводятся исследования, об их результатах докладывают губернатору. Я надеюсь, что региональная власть внимательно относится к этим цифрам и что принимаются соответствующие упреждающие управленческие решения. Также надеюсь, что и правительство области, и губернатор видят реальную картину и предпринимают все возможное, чтобы случайно не полыхнуло. Самый надежный рецепт, чтобы подобные выбросы негативной энергии упреждать, - повышать уровень жизни населения. Более благополучное население ценит свое благосостояние, свой уровень жизни, свое спокойствие и в меньшей степени готово поддерживать всякого рода негативные действия и призывы к разрушительным выступлениям.
Галина Лепина