Профайлинг в России не закреплен федеральным законом или ведомственными приказами, а его результаты не имеют доказательственного значения. Однако анализ поведения помогает следователям выбирать тактику и определять дальнейшее направление расследования, рассказал заведующий кафедрой криминалистики УрГЮУ Дмитрий Воронков.
По его словам, профайлинг остается скорее ремеслом, расположенным на стыке криминалистики, психологии и цифровых технологий. Полученные сведения используют как ориентирующую информацию, но сами по себе они не доказывают вину человека.
Официальных должностей профайлеров в российских силовых структурах нет, хотя такие специалисты работают в некоторых подразделениях ФБР (США) и Великобритании. В России профайлинг чаще применяют службы безопасности коммерческих организаций, например при поиске сотрудника, совершившего хищение.
«Профайлинг нужен, чтобы сузить круг подозреваемых. Например, у вас работают 250 человек — можно опросить всех, а можно провести какую-то тактическую игру, и у вас останется, например, пятнадцать», — передает слова Воронкова ФедералПресс.
Элементы профайлинга используют и следователи при подготовке к допросу. Они оценивают интересы, мировоззрение и отношение человека к государству и правоохранительной системе, после чего выбирают формулировки вопросов и выстраивают психологический контакт.
При поиске неизвестного преступника специалисты также изучают информацию из открытых источников. По словам криминалиста, после принятия закона о персональных данных такой анализ оказался в серой правовой зоне, но продолжает применяться при расследованиях.
Особенно востребован профайлинг при расследовании серийных преступлений и киберпреступлений. К нему обращаются в сложных делах, когда установить подозреваемого обычными методами не получается.
Воронков отметил, что прогностический анализ личности преступника не обладает полной воспроизводимостью. Один профайлер способен составить точный психологический портрет, а другой при тех же обстоятельствах допустит серьезные ошибки.
«Поэтому это не методика, а скорее искусство, где личность профайлера имеет определяющее значение. Нельзя просто поменять одного на другого», — рассказал криминалист. При этом результаты полиграфа он назвал более достоверными и воспроизводимыми.
Профайлеру необходимы знания криминалистики, психологии и цифровых технологий. Также специалисту пригодится философское образование, поскольку ему приходится анализировать ценности человека и закономерности его мышления.
«Мы же пытаемся залезть человеку в голову, установить какие-то закономерности его мышления, потому что мышление первично, а поведение вторично», — отметил Воронков.
Например, если преступник ставит эстетичность выше эффективности, он способен совершать избыточные действия и оставлять больше следов. Ошибки профайлера могут быть связаны со стереотипами и когнитивными искажениями. Чтобы снизить их влияние, будущих специалистов необходимо знакомить с типичными ошибками мышления и предлагать им задачи с нестандартными решениями.
Цифровой профайлинг позволяет искать киберпреступников по никнеймам, используемым программам и манере набора текста. Преступники часто сохраняют основную часть псевдонима на разных ресурсах, меняя только отдельные символы или слова.
Еще одним цифровым следом считается клавиатурный почерк, который сохраняется независимо от используемого устройства. Подключение редких модулей, библиотек и скриптов также показывает уровень подготовки человека и помогает сузить круг подозреваемых.
Профайлер редко устанавливает конкретную фамилию разыскиваемого. Обычно он составляет демографическую и поведенческую характеристику, которая позволяет сократить поиск, например, до 150 человек в городе-миллионнике.
При проверке на полиграфе около 60% времени занимает предварительная беседа, во время которой специалист должен установить контакт с человеком. Все вопросы, задаваемые под датчиками, необходимо согласовать заранее, а темы, которые проверяемый отказывается обсуждать, должны исключаться.
Поведение человека оценивают еще до начала проверки. Например, положение стула, поза и направление ступней могут показать, насколько собеседник готов к разговору, однако специалист должен использовать эти признаки для выбора тактики общения.
Профайлинг применяют не только при расследовании преступлений, но и при кадровом отборе. По словам Воронкова, анализ поведения востребован в любой сфере, где людям необходимо понимать намерения и особенности собеседников.
ЕАН писал, что в Челябинске двум жителям Москвы предъявили обвинение в незаконном обслуживании сим-боксов. Об этом сообщили в пресс-службе регионального управления СК. По данным следствия, в мае 2026 года 35-летний мужчина откликнулся на предложение двух неизвестных лиц и вступил в преступную группу мошенников, которые использовали для обмана россиян телефонную связь. По указаниям куратора москвич прибыл в Челябинск, где разместил в трех арендованных квартирах четыре сим-бокса, ноутбук и роутеры.
Двух москвичей задержали в Челябинске за обслуживание нелегального узла связи для мошенников31 июля в 12:40
