February 20, 2021, 4:06 AM
Елена Мицих

Операция «Бор». Почему в Челябинске не меняют место строительства детской хирургии

В Челябинской области началось проектирование хирургического корпуса детской областной больницы. При этом продолжаются суды о законности выделения земельного участка под объект на территории особо охраняемых природных территорий. Почему новое здание должно быть именно в бору и в каких условиях сейчас работают хирурги? Какие требования предъявляют к будущему корпусу? Вместе с представителями медучреждения корреспондент ЕАН на месте посмотрела участок, а также выяснила позицию врачей и профессиональных экологов, которые занимались изучением территории.

Стеснённые условия

На сегодня у детской областной больницы практически нет корпусов недавней постройки. Существующие здания были возведены в 1937, 64-ом и 83-м годах. В 2003 году правительство региона приняло решение о передаче учреждению недостроя 1981 года, который находился на территории взрослой областной больницы, под перинатальный центр.

«Это здание – по сути родильный дом, который прошел реконструкцию, и в 2008 году стал детским хирургическим корпусом. Только в 2008 году мы получили многопрофильную детскую клиническую больницу, но сегодня она находится в нетиповых зданиях, которые не соответствуют никаким стандартам оказания медицинской помощи детям. Например, корпус педиатрического отделения – это проект бывшего общежития. Но прежде всего нам необходим современный хирургический корпус. Он будет первым современным приобретением», – делится информацией главный врач Челябинской детской областной клинической больницы Галина Киреева.

В действующем хирургическом корпусе пациентов принимают опытные специалисты, есть современное оборудование. Однако инфраструктура не соответствует: двухместных палат для матери и ребенка нет, кабинетов мало, приемный покой тесный, рассказывают врачи.

Здесь принимают как экстренных, так и плановых больных. Привозят пациентов из Челябинска и других районов региона. В период пандемии коронавируса, когда некоторые больницы закрывались под госпитальные базы, в хирургии областной клинической принимали по сотне человек в сутки. В обычное время привозят по 40-60 больных.

Операции сейчас проводятся в две смены, так как операционных в здании не хватает. Это тяжело для врачей, увеличивает срок ожидания процедуры для маленьких пациентов, которые в такие дни не принимают пищу.

«Гнойная, чистая, челюстная хирургии, травматология, оторинолорингология, урология – все это на двух этажах Нейрохирургия только отдельно. Приемное отделение маленькое. Настал период, когда надо расширяться, чтобы пациенты чувствовали себя комфортно от порога до палаты.

Сейчас поступают на первый этаж, мы оперируем и поднимаем на пятый. Лучше чтобы экстренная хирургия полностью была на первом этаже, иначе это нехорошо для ребенка: на каталке бы его везти, трясти, ему же больно», – говорит заместитель главного врача по хирургии, главный детский хирург Челябинской области Николай Ростовцев.На первом этаже хирургического корпуса прежде всего должны быть:

  • Подъезд для машин скорой помощи такой, чтобы пациенты сразу поступали в здание
  • Безбарьерная среда – пандусы, отсутствие порогов
  • Просторный приемный покой
  • Реанимация, кабинет противошоковой терапии
  • Лаборатории
  • Операционные
  • Палаты

Главный детский хирург региона также рассказал о том, как связаны между собой отделения областной больницы. Он считает, что все они должны располагаться рядом, потому что хирургические манипуляции нужны пациентам самых разных профилей.

«В гастроотделение, соматическое, онкологическое, урологию – туда тоже поступают дети, которые после обследования должны оперироваться. Для этого мы их тут же переводим в хирургию. Бывает, мы прооперируем, а ребенка дальше надо выхаживать – мы его передаем в другое отделение, например, в соматический корпус, – рассказывает Николай Ростовцев. – Консультации совместно проводим, ищем причины болезней, лечим во взаимодействии. Если поставить корпус отдельно, будет сложно обеспечить полный объем исследований. Здесь, кстати, рядом роддом – забираем новорожденных, которым требуется лечение. Тут же взрослая больница, что важно для детей ближе к 18 годам. Например, девочек смотрят гинекологи. Бывает, у ребенка сосудистые пороки – мы приглашаем профильных специалистов из взрослых отделений. Мы оперируем онкололгических больных – передаем их химиотерапевтам, они дальше назначают лечение, проводят, например, лучевую терапию. Все это должно быть на одной территории, нельзя разрывать эти процессы».

Мировые тенденции

Ростовцев рассказал, что со специалистами Минстроя и проектировщиком детально оговаривались все нюансы требований к организации работы в будущем корпусе. Заведующие всех отделений детской областной больницы высказали свое мнение и пожелания с профессиональной точки зрения.

«Мы съездили посмотрели клинику в Берлине. По такому же проекту построена клиника в Красноярске. В России надо делать больницы мирового уровня. Период бараков прошел. Тогда у нас и врачи будут заинтересованы в работе, развитии, написании диссертаций. Тогда и к нам поедут пациенты из других регионов, а не наших детей будут отвозить на лечение в другие города», – говорит Николай Ростовцев.

Идея медицинского сообщества – создать локальный современный комплекс на единой площадке, чтобы все отделения были в шаговой доступности. Это важно как для пациентов, так и для врачей. Руководитель детской областной клинической больницы Галина Киреева приводит в пример ситуации, когда пациентов привозят в одно лечебное учреждение, откуда его направляют в другое, поскольку нужна медицинская помощь иного направления. В итоге - потеря времени.

«Когда все в одном месте, это сокращает время доставки больного с любой острой патологией, потому что его везут сразу в одну больницу, где его встречает команда профессионалов, где есть современное диагностическое оборудование, которое позволяет быстро и качественно поставить диагноз, оказать медицинскую помощь. Кроме того, смысл централизации заключается в том, что есть кадровый потенциал, школа, клинические кафедры», – комментирует проблему Галина Киреева.Суть конфликта

В 2019 году Южный Урал попал в национальный проект «Здравоохранение» по направлению строительства детских больниц, получив гарантию выделения более 4 млрд рублей из федерального бюджета на строительство хирургического корпуса детской облбольницы. Срок реализации нацпроекта – до конца 2024 года. За это время должно быть выполнено проектирование и все строительные работы, поставлено оборудование, благоустроена территория.

Вскоре из границ ООПТ было выделено 1,5 га бора под расширение Митрофановского кладбища и 4,2 га – под строительство хирургического корпуса детской облбольницы.



В учреждении журналисту ЕАН рассказали, что не вся эта территория будет занята. Площадь застройки медицинской организации займет 0,9 га, еще немного – прилегающая площадка для благоустройства и коммуникаций. На остальной территории, вокруг, деревья обещают не тронуть – площадь нужна в соответствии с санитарными требованиями. «Если, к примеру, случится пожар, то дети должны быть эвакуированы на улицу, и для них должно быть достаточно места. Строить там, где сейчас стоят сбоку здоровые деревья, не будут. Только в конце этого участка есть несколько таких сосен под снос», – рассказали в больнице. Корпус будет соединен с основным медгородком теплым переходом.

Для восполнения утраченной площади ООПТ в перечень особо охраняемых природных территорий было решено включить урочище «Монахи» – почти 60 га. Бывший сотрудник организации «Особо охраняемые природные территории» Виталий Полторацкий рассказал ЕАН предысторию этого процесса. Началось все с Митрофановского кладбища. В 2013 году эксперт проверил границы леса в районе погоста и обнаружил, что захоронения осуществляются за чертой данной территории.

«Работа у меня тогда такая была – замечания искать. Нашел: хоронили в бору, то есть за границей кладбища. Писал об этом в Минэкологии до 2016 года. Потом руководство министерства попросило меня выйти на место и еще раз все проверить. В комиссии вместе со мной были прокурор, геодезист. Мы прошли по периметру кладбища и подтвердили границы. Выписали штраф муниципалитету (Митрофановское кладбище является муниципальным, – прим. редакции) на три миллиона рублей. Тефтелев (бывший глава Челябинска Евгений Тефтелев, ныне осужден за получение взятки – прим. редакции) заплакал: где взять деньги. И по закону, площадь ООПТ не должна меняться: заняли территорию – добавьте такую же. Вспомнили про «Монахи», а в то время там как раз стадион хотели построить. Тогда Гладкова (на тот момент министр экологии региона Ирина Гладкова, – прим. редакции) говорит Тефтелеву: мы простим, но отдайте «Монахи» в ООПТ. В 2017 году мы вынесли обоснование. Заксобрание должно было утвердить новое положение, но ничего не сделали. А потом появилась эта история с больницей, и опять вспомнили про «Монахи», про это обоснование. Вот оно и пригодилось», – вспоминает Виталий Полторацкий.

Дела судебные

Как ранее писал ЕАН, группа активистов оспорила в суде принятый депутатами Законодательного собрания Челябинской области законопроект об изменении границ городского бора. Разные инстанции отменяли или поддерживали его. Спор длится до сих пор. Последний раз общественники выиграли. Однако медицинское сообщество и парламентарии сдаваться не собираются.

«Мы должны стремиться к росту продолжительности жизни. От нас должны требовать сделать это быстро и качественно. И для этого должны быть созданы условия. Наше счастье, наша любовь – это наши дети. И когда происходят такие вещи, такое противостояние – я считаю, они бесчеловечны. Я могу сравнивать это с проявлениями геноцида, фашизма, – сетует Киреева. – Мы не юристы, не закондатели, не экологи, не чиновники. Мы врачи, которые желаем вашим детям здоровья. Что дороже жизни?»Галина Киреева отметила, что и городские, и региональные парламентарии поддержали решение о строительстве нового корпуса.

«Больница должна развиваться. И если в прогалине, которая образовалась в бору, можно построить хирургический корпус, я не вижу в этом никакой трагедии. Это спасет тысячи жизней детей», – говорит Киреева.

На вопрос журналиста ЕАН о рисках, связанных с судебными тяжбами, Галина Киреева ответила, что надеется на положительный исход дела. Она уверена, что корпус должен быть построен, и именно на выбранной территории.

«Таково наше законодательство, система, что два суда имеют одно решение, а два других – совершенно противоположное. Значит, не все так однозначно в решении судов, которые в конечном итоге могут вынести вердикт в пользу строительства больницы. Но надо понимать, что все ограничено и временными промежутками», – поясняет главный врач детской областной больницы. – «Вокруг нас будут построены новые больницы, и в тех регионах показатели здоровья населения будут намного выше. И народ тогда спросит у власти, почему этого не произошло. Но сегодня поднимают протест люди, которые называют себя экоактивистами, оппозицией. Хотя это не так много людей, и не они должны принимать решения в стратегии развития здравоохранения. Там нет ни одного врача!»

Общественники отвечают примерно тем же: судьбу бора должны решать не врачи, а экологи.

«Эта манипуляция «бор или дети» для меня нонсенс. Мы же не лезем к медикам в операционную, а они нам говорят: вроде там проплешины в бору, ничего ценного нет. Обоснуйте это! Все зеленые насаждения – это пять ярусов: от деревьев до травы. И мы писали в заключениях, что там есть представители Красной книги, там Чекинка берет начало. По закону ООПТ, если там возникли проблемы, надо проводить мероприятия: садить, восстанавливать. Надо было сначала это сделать. Но вся эта история не про детей и не про бор. Это политика!», – считает Виталий Полторацкий.

К слову, в 2020 году министерство экологии в споре об изменении границ ООПТ стало на сторону Заксобрания, поддержав выведение из-под охранного статуса территории рядом с детской областной больницей. В качестве обоснования приводились доводы, что территория ООПТ, которая будет застроена хирургическим корпусом, будет восполнена включением за счет «Монахов». 

«Впервые в российской практике общественники добиваются уменьшения особо охраняемой природной территории. Позиция министерства в этом случае однозначна: бор должен расширяться, и под защитой должно оказаться как можно больше земель, которые являются ценными и значимыми для его экосистемы. Если же требования общественников будут удовлетворены, площадь памятника природы уменьшится на 55 га и вернется к значению 2011 года», – сообщил заместитель министра экологии региона Виталий Безруков.

 В Челябинске выбрали проектировщика детского хирургического корпуса, строить который запретил суд Несмотря на продолжающееся противостояние, в том числе в суде, правительство региона провело торги и заключило контракт с компанией, которая начинает проектирование объекта. Партия «Яблоко» заявила, что победитель аукциона – это компания, близкая к семье первого заместителя губернатора Челябинской области Ирины Гехт, «ЕСК Проект». На днях региональное управление антимонопольной службы объявило, что от политического объединения поступила соответствующая жалоба и просьба проверить законность проведения конкурсной процедуры.

«Внеплановая проверка назначена на 24.02.2021 года. Естественно, мы смотрим только документацию, порядок проведения торгов, насколько соблюдается ФЗ-44. В средствах массовой информации расскажем об итогах этой проверки», – рассказала недавно на пресс-конференции руководитель УФАС России по Челябинской области Анна Козлова.Отметим, что это уже не первый конкурс по выбору подрядчика для проектирования корпуса больницы. Предыдущий контракт из-за судебной волокиты по земельному вопросу был расторгнут. Новый уже подписан. Его стоимость в результате торгов составила 30 млн рублей при стартовой цене 40 млн.

«В соответствии с п. 4.3 конкурсной документации начало выполнения проектно-изыскательских работ по объекту – не позднее 5 дней с момента заключения государственного контракта. Окончание выполнения работ – IV квартал 2021 г. При этом проектом государственного контракта предусмотрено, что в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации в случае наступления обстоятельств, препятствующих исполнению обязательств по государственному контракту, действие контракта может быть приостановлено на период действия обстоятельств либо контракт, может быть, расторгнут по соглашению сторон», – прокомментировали текущую ситуацию в министерстве строительства и инфраструктуры Челябинской области.

В ведомстве также сообщили, что выбор места размещения больничного корпуса – это компетенция Минздрава. От этой структуры предложений по смене участка не поступало. При этом именно этого требуют активисты: найти альтернативную локацию. И подчеркивают: они не против детей, но не хотят допустить вырубки бора.

Есть новость — поделитесь! Мессенджеры ЕАН для ценной информации

+7 922 143 47 42

Источник фото: Тимур Боташев для ЕАН
Комментировать