October 5, 2021, 6:06 AM
ЕАН

После публикации ЕАН у заслуженной опекунши из Нижнего Тагила изъяли сирот

Органы опеки изъяли четверых детей из приемной семьи после того, как стало известно о регулярном сексуальном насилии одного из мальчиков над младшими братом и сестрой.

«Изъяты два брата и сестренка насильника, а также еще один мальчик, так называемый «бегунок», который регулярно сбегал из семьи. Изъяли детей представители органов опеки, но сотрудников ПДН с ними почему-то не было», - рассказал ЕАН информированный источник.

В редакцию ЕАН за информацией о приемной семье обратились представители Следственного комитета из Нижнего Тагила. По их словам, дело поставлено на особый контроль в Москве.

 «Грязные сироты» и профессиональная опекунша с орденом: что происходит в свердловских приемных семьях и кто это прикрывает 

Ранее ЕАН сообщил об истории вокруг известной в Нижнем Тагиле семьи опекунши-героини, которая имеет за свою деятельность государственную награду. За годы через эту приемную семью прошли уже 20 детей.

На момент публикации в семье под опекой проживали десять ребят, в основном из реабилитационных центров и из неблагополучных семей. Некоторые из них посещают общеобразовательную школу.

Тревогу забили учителя: им стало казаться, что родительница оказывает на воспитанников психологическое давление, граничащее с насилием.

При этом у педагогов не было инструментов влияния на приемную мать. Она отказывалась от совместных психологических консультаций, предпочитала решать вопросы, связанные с детьми, в кабинетах администрации или публично, на глазах у других родителей и учеников. Если педагоги пытались обсудить положение некоторых воспитанников этой семьи через чиновников, им намекали, что вмешиваться не стоит.

По закону, если у ребенка, которого хотят усыновить или взять под опеку, есть родные братья и сестры, они должны быть взяты все вместе: семью нельзя разлучать, считают в государственных структурах. Заслуженная опекунша всегда брала не одного ребенка, а сразу несколько братьев и сестер. Однако девочки у нее всегда были в любимицах, им покупалась соответствующая возрасту одежда, они посещали кружки и секции. Мальчишки часто ходили в том, что им уже мало, одному из них опекунша не купила соответствующие возрасту очки. А «малышовых» очков мальчик стеснялся и в школе не надевал - об этом ЕАН рассказала учительница, которая на протяжении 7 лет наблюдала за воспитанием детей в семье. 

Но для проверок, которые устраивали службы опеки, все дети одевались в чистую и новую одежду, чтобы произвести впечатление образцово-показательной семьи. Один педагог вспоминает: на одном из совместных со службами опеки патронажей братья из двух семей собрали вещи и умоляли специалистов забрать их обратно в приют. Но формальных причин для этого у проверяющих инстанций не нашлось. Позже дети отказались от своих слов - как полагают учителя, под воздействием матери.

Кстати, психологи из школы использовали особые методики, чтобы понять, что на самом деле происходит с детьми: опекунша запрещала детям «выносить сор из избы».

«Она сама делала из детей с вполне сохранным интеллектом, пусть и с некоторой запущенностью, пациентов с психическими отклонениями. И, как мне кажется, намеренно. Один мальчишка попал ко мне на занятие в первом классе развитым по возрасту, а к пятому классу она «сделала» ему диагноз ЗПР», — рассказывает специалист. 

Если в семье под опекой находится ребенок с ограниченными возможностями здоровья, опекун получает доплату. На протяжении всего своего «опекунского трудового стажа» приемная мать прогнала через конвейер психиатрического диспансера в Екатеринбурге нескольких детей, у которых изначально к этому не было показаний.

«Наверняка в клинике их пичкают психотропными лекарствами. Они обратно в школу возвращались в удручающем состоянии, спали прямо на уроках или в коридорах, какая уж тут учеба», — рассказывает другой школьный педагог. 



Опекунша использовала следующую схему: она брала в семью братьев и сестер из реабилитационных центров, устраивала их в учебные заведения, а потом отправляла в психиатрический диспансер на месяц и через ПМПК (педагогическая медико-психологическая комиссия) «выправляла» детям диагнозы.

Ребенок с диагнозом под опекой — это не только прибавка к жалованью, но и возможность снова отправить его в клинику или «на каникулы» обратно в детский дом. 

Схема дала сбой именно на занятиях с психологами. Статус инклюзивной школы предполагает, что дети с ОВЗ посещают занятия со специалистами. Один воспитанник заслуженной опекунши рассказал педагогам все тайны, и оказалось, что образцово-показательная семья — это всего лишь витрина. Мать могла наказывать детей, лишая их пищи, отбирать очки и другие важные для них вещи.

Разбирая с подопечным учеником кражу в магазине, специалисты выяснили, что опекунша могла запретить воспитанникам заходить на кухню за шалости. Школьные педагоги рассказывают, что один мальчик всю начальную школу ходил в памперсе, который родительница запрещала снимать, поэтому ребенок подвергался насмешкам со стороны одноклассников.

В присутствии других родителей и учителей приемная мать (а она заставляла взятых в семью сирот называть ее только так) могла позволить себе называть детей дураками и дебилами. При этом вся ответственность за невыполненные домашние задания перекладывалась на учителей, с непростыми детьми в семье не занимались.

Однако все эти «психологические приемы» кажутся детским лепетом по сравнению с преступлением, которое происходило под крышей опекунского дома и которое сейчас расследует нижнетагильская полиция. Как свидетельствует из показаний одного мальчика, старший брат совершал над ним сексуальные насильственные действия — сначала в реабилитационном центре, куда они попали из биологической семьи, затем в оздоровительном лагере, а после в приемной семье на протяжении как минимум года. У опекунши в доме есть камеры, насилие совершалось при помощи младшего брата, который удерживал жертву. Трудно поверить, что приемная мать ничего не знала. Более того, как стало известно ЕАН, она приняла решение отказаться от «насильника» и рассказала об этих эпизодах в органах опеки.

Для разлучения родных братьев и сестер необходимы веские причины. Старший ребенок был сдан в детский дом весной, а в августе пришло время его забирать, и опекунше пришлось писать отказную. Со слов пострадавшего мальчика, старший брат совершал сексуальное насилие и над сестрой (семья состоит из трех разновозрастных мальчиков и шестилетней девочки). Девочка рассказывала все опекунше, но та якобы не поверила. 

По данным источника ЕАН в правоохранительных органах, сейчас свердловская полиция проводит доследственную проверку: проводятся опросы педагогов, служб опеки, детей и членов приемной семьи. Если вина старшего брата будет доказана, он может отправиться в колонию для несовершеннолетних.

Источник фото: pixabay.com
Показать комментарии (1)