[18+]
18 ноября 2026 в 10:14
Автор ЕАНовостиЕАНовости

Ликвидация свердловской «Фармации»: чем закончилось упразднение государственного поставщика

Громкие опасения вокруг ликвидации АО «Фармация» в Свердловской области не подтвердились.
© Архив ЕАН. Руки врача в перчатках и лекарства
ЕАН завершает серию аналитических публикаций о деятельности замгубернатора Свердловской области Татьяны Савиновой, назначенной главой минздрава весной 2025 года. Но полномасштабная информационная кампания против Татьяны Савиновой началась год назад. Ее обвиняли в продолжении бессмысленной оптимизации, «сносе» легендарных главврачей и назначении фаворитов. Чтобы разобраться в причинах негативных публикаций и логике преобразований Савиновой, журналисты ЕАН проанализировали массив негативной информации в СМИ и соцсетях, пообщались с представителями свердловского здравоохранения, изучили документы за текущий и прошлый периоды. В результате и получилась серия больших, аналитических публикаций, каждая из которых держит в фокусе претензию к министру, чтобы найти подтверждение или опровергнуть ее с опорой на факты и документы.
История с ликвидацией АО «Фармация» во многом напоминает — только в миниатюре — то, что происходило вокруг реформы скорой помощи: громкие опасения, пугающие заголовки, а затем — проверка реальностью, которая показала, что катастрофические прогнозы не сбылись. Подробнее об этой параллели — в заключительной части серии материалов про преобразования Татьяны Савиновой и претензии к ним.
Сама по себе история с реформированием минздравом лекарственного обеспечения в Свердловской области с лета 2025 по октябрь 2026 года показывает: наиболее громкие опасения вокруг ликвидации АО «Фармация» не подтвердились.
Татьяна Савинова лично инициировала отказ от отдельного государственного АО-поставщика, и это решение действительно вызвало критические заголовки, слухи о закрытии аптечной сети и прогнозы демонтажа снабжения.
Однако на практике ликвидация АО не привела ни к исчезновению государственной аптечной инфраструктуры, ни к развалу льготного лекарственного обеспечения, ни к постоянным перебоям.
Опасения, тиражированные в публичном поле активистами, были напрасными: сеть ГАУ сохранилась и продолжила работу, льготные препараты выдавались, поставки шли, а наиболее резонансные эпизоды декабря 2025-го — января 2026-го оказались локальными организационными сбоями, которые были отработаны и не переросли в системный кризис.
К осени 2026 года в информационном поле преобладает уже позитивная повестка: дополнительный миллиард рублей на льготные лекарства, 373 тыс. получателей за девять месяцев, отпуск препаратов на 16,3 млрд рублей, 4,7 млн электронных рецептов, 201 точка льготного отпуска, включая 148 государственных аптечных организаций сети «Фармация».
Более того, на фоне сообщений о перебоях со льготными лекарствами во многих других регионах России Свердловская область к октябрю 2026 года выглядит скорее тихой гаванью, чем зоной возобновляющегося лекарственного кризиса.

Чего опасались критики реформирования АО «Фармация»

Критики Савиновой опасались того, что ликвидация АО «Фармация» лишит область единственного госпоставщика лекарств и медтехники, приведет к демонтажу снабжения, закрытию одноименной аптечной сети и перебоям с выдачей льготных препаратов. Эти опасения усиливались критическими и персонализированными (в отношении именно министра Савиновой, а не минздрава в целом) заголовками, а также отдельными слухами о якобы грядущей ликвидации сети аптек.
Для читателя СМИ и пабликов в соцсетях это могло выглядеть так: убирают организацию, которая снабжала больницы и аптеки, значит, под угрозой окажется вся система лекарственного обеспечения.
Сторонники модели единого поставщика настаивали: централизация упрощает администрирование, позволяет лучше планировать потребности и поставки, снижает риск списания просроченных препаратов.
Спор шел не о том, нужны ли государству аптеки и лекарства, а о том, какой способ организации закупок и снабжения работает лучше.
Минздрав с самого начала подчеркивал принципиальное различие, выбивавшее из-под критиков основу их доводов: ликвидируется не аптечная сеть ГАУ СО «Фармация», а отдельное АО-поставщик.
Именно это уточнение впоследствии и подтвердилось. Государственная аптечная инфраструктура не была закрыта, а продолжила работу. В принципе, многие аптечные сети работают без «надстройки» в виде отдельного юридического лица на закупках и не испытывают в связи с этим проблем.

Хронология: от решения к результату

Июнь 2025 года: ликвидация АО «Фармация»
4 июня 2025 года Савинова публично сообщила, что инициатива ликвидации АО «Фармация» исходила от нее и была поддержана Денисом Паслером. АО создавалось в 2024 году как единый поставщик лекарств и медицинских изделий для государственных медицинских организаций.
Критические заголовки были персонализированы лично под министра: писали о том, что новый глава минздрава «ликвидирует лекарственного…», что «Татьяна Савинова ликвидирует свердловского лекарственного…», что больницы и аптеки «лишили единственного поставщика лекарств и медтехники». Отдельно распространялись слухи о закрытии аптечной сети, которые минздраву пришлось опровергать.
Но здесь важно различать две структуры: АО «Фармация» — единый поставщик, и ГАУ СО «Фармация» — государственная аптечная инфраструктура. Ликвидировали не аптечную сеть, а модель отдельного АО-поставщика.
Ранее (до прихода Савиновой в региональный минздрав) предполагалось в течение трех лет передать в АО функции, активы и сотрудников ГАУ; Савинова это направление остановила.
Реформа имела ясную управленческую логику: убрать лишнего монопольного посредника, сделать закупки более прямыми и прозрачными, не отдавая при этом аптечную инфраструктуру отдельной коммерческой по сути роли АО. Позднее эта логика описывалась как устранение непрозрачного посредника, дополнительные наценки и возврат к прямым закупкам.
Декабрь 2025 года: Краснотурьинск и «прямая линия»
19 декабря 2025 года житель Краснотурьинска на прямой линии с президентом пожаловался на прекращение выдачи льготных лекарств с ноября. Силовики начали проверку этой ситуации. Это был самый громкий негативный эпизод за весь период. Важно, что это был единичный эпизод, массового характера проблема не имела.
Минздрав, проведя проверку, отвечал, что пациент все же обеспечен препаратами в том смысле, что перебоев в приеме лекарств не возникло: с ним связались, перерывов в лечении не было, лекарств хватало еще на несколько дней, пациента пригласили в поликлинику за следующими препаратами. Дополнительно сообщалось, что препараты выписывались в июле, августе и октябре; в ноябре область дополнительно выделила около 87 млн рублей на программу для пациентов с болезнями системы кровообращения; нужный препарат был в наличии.
Таким образом, этот эпизод показал не развал системы, а необходимость точечного вмешательства. Подобные локальные сбои можно считать нежелательным, но не критичным элементом работы системы на территории такого масштаба, как Свердловская область.
Конец декабря 2025 — январь 2026: «Форсига», инсулин, очереди
В конце декабря 2025 — январе 2026 года появились сообщения об отсутствии «Форсиги» в конкретных аптеках. Минздрав, как и положено, провел собственное расследование и по его итогам отрицал региональный дефицит.
27 января описали очередь в аптеке №277 на Репина, 107 и жалобу на невозможность получить инсулин. Ведомство отвечало: закупки проведены, контракты заключены, поставки на склад ГАУ идут с 15 декабря 2025 года, конкретная аптека пополняется не реже трех раз в неделю, по поручению министра Савиновой работает комиссия.
28 января описали очередь на Бардина, 34: многочасовое ожидание, после очереди нужного лекарства могло не оказаться. Татьяна Савинова поручила проверить все аптеки, откуда поступают жалобы.
31 января (это была суббота) тема «Форсиги» вернулась: читательница одного из изданий вновь встретила очередь, а Минздрав сообщил, что препарат поступил в пятницу вечером и получить его можно будет в понедельник. Это важная деталь: она показывает не отсутствие лекарства в регионе, а разрыв между потребностью конкретного пациента и доступностью препарата в конкретной точке. Именно такие разрывы и устранялись благодаря подсветке в СМИ.
Объяснение Савиновой по этой теме было дано в эфире ОТВ: очереди связаны с повышенным потоком после новогодних праздников, нехваткой работников у аптек-партнеров и недостатком оборудования: в частности, в одной из аптек не хватало компьютеров для поиска пациентов по СНИЛС. Она утверждала, что запас препаратов сформирован на три-четыре месяца, а доставка идет трижды в неделю.
Ключевая официальная формула проблемного периода: проблема не в запасах, а в организации выдачи. Последующие проверки и помощь проблемным аптекам подтвердили, что речь шла именно о локальных организационных сбоях, а не о последствиях ликвидации АО.

Осень 2026 года: новой волны претензий нет

Дополнительный поиск с акцентом на весну, лето и сентябрь — октябрь 2026 года не выявил новых подтвержденных публикаций о сопоставимых очередях, массовых перебоях или новой волне жалоб, персонально связанных с Савиновой.
В информационной повестке на конец октября 2026 года преобладали сообщения о дополнительном миллиарде рублей на закупку льготных лекарств, 373 тыс. получателей за девять месяцев, отпуске препаратов на 16,3 млрд рублей с учетом централизованных поставок и 4,7 млн оформленных электронных рецептов.
Несколько октябрьских публикаций воспроизводят один набор цифр и формулировок, что указывает на распространение официального инфоповода. Однако сам инфоповод реален и подтверждает, что система работает.

Что минздрав отвечал на критику

Ответы ведомства, если их проанализировать отдельно, сводились к четырем основным линиям.
По ликвидации АО: АО не владеет аптечной сетью; сеть ГАУ продолжает работу; сообщения о ликвидации сети аптек неверны. Это была защита от наиболее тревожного прочтения: «ликвидируют организацию — значит, исчезнут аптеки и выдача лекарств». Жизнь показала, что именно это уточнение было верным.
По Краснотурьинску: пациент фактически препаратами обеспечен; препараты выписывались в июле, августе и октябре; по системе обеспечения в целом в ноябре дополнительно выделено около 87 млн рублей; нужный препарат имелся. Позиция министра: перерыва в лечении не было, но даже точечно возникшая проблема оперативно устранялась.
По очередям в январе 2026 года: лекарства закуплены, контракты заключены, поставки идут, запас сформирован на три-четыре месяца; проблема в персонале, оборудовании и организации отпуска после праздников. Савинова поручала проверки и помощь проблемным аптекам, эта помощь была оказана.
По текущей повестке осени 2026 года: дополнительный миллиард рублей на лекарственное обеспечение в Свердловской области (напомним, на фоне массовых проблем во многих регионах России), развитие системы электронных рецептов как одного из элементов проводимой при Савиновой цифровизации, расширение сети поставки лекарств населению. Это уже не кризисная коммуникация, а позитивная отчетность о фактически предпринятых мерах, давших проверяемые результаты.

Логика реформы лекарственного обеспечения минздрава под руководством Татьяны Савиновой

Публично эта логика проговаривалась не сразу и не полностью, что частично создало оппонентам Савиновой поле для домыслов. В момент объявления преобразований лекарственного обеспечения Савинова назвала инициативу и подтвердила ликвидацию АО. Минздрав в тот же день объяснял прежде всего границы решения: АО не владеет аптечной сетью, сеть ГАУ работает, сообщения о закрытии аптек неверны.
Содержательно реформа была направлена на отказ от модели, при которой единый поставщик превращается в дополнительного монопольного посредника с недостаточно прозрачной экономикой. АО получало исключительную роль в крупных закупках; концентрация закупок у одной структуры не гарантирует снижения коррупционных рисков; компания запрашивала значительное бюджетное финансирование для оборотных средств и капитала; наличие посредника могло означать дополнительные наценки; отказ от АО позволял вернуть закупки к прямым процедурам по 44-ФЗ. Назывались и цифры: наценки 30–70%, запрос более 2 млрд рублей на оборотные средства и увеличение уставного капитала, около 5 млрд рублей, прошедших через компанию весной 2025 года, перспектива оборота до 20 млрд рублей ежегодно.
Сторонники единого поставщика говорили: централизация упрощает администрирование, позволяет планировать поставки и сокращает объемы просроченных препаратов.
Логика отказа: централизация создает монопольного посредника, отсутствие конкуренции делает экономику закупок менее прозрачной, административное удобство не оправдывает дополнительные наценки, а отдельное АО не должно поглощать аптечную инфраструктуру.
Это две конкурирующие управленческие модели, а не просто «за лекарства» и «против лекарств».
Важно и то, что АО было государственным, а не частным. Ликвидация сама по себе не означала перехода «от частной схемы к государственной» — спор шел о способе организации государственных закупок и снабжения.

Результативность реформы: опасения критиков не сбылись

Организационно подтверждено: отказ от отдельного АО не означал закрытия государственной аптечной сети. Сеть сохранилась и фигурирует в данных 2026 года. Областные депутаты в июле 2025 года одобрили решение о ликвидации АО в составе соответствующих изменений — в административно-политическом смысле решение было поддержано. Система продолжала работать в значительном масштабе: за девять месяцев 2026 года — 373 тыс. получателей и отпуск препаратов на 16,3 млрд рублей с учетом централизованных поставок.
Эпизоды декабря 2025-го — января 2026-го были связаны с организацией выдачи, а не с прекращением снабжения из-за ликвидации поставщика. Публичное объяснение Савиновой относилось к недостатку работников, оборудованию и организации отпуска после праздников. Последующие проверки, помощь аптекам и поставки препаратов показали, что система справляется с локальными сбоями. Очереди в конкретных точках не превратились в общеобластной дефицит и не стали устойчивой негативной повесткой.
К осени 2026 года свежая повестка не содержит сопоставимой подтвержденной волны претензий. Октябрьские финансовые отчеты и показатели охвата подтверждают, что система работает и развивается.
Дополнительный миллиард рублей на льготные лекарства, 373 тыс. получателей, 16,3 млрд рублей отпущенных препаратов, 4,7 млн электронных рецептов, 201 точка льготного отпуска, включая 148 государственных аптечных организаций сети «Фармация», — все это говорит о масштабе и устойчивости обеспечения.
На фоне октября 2026 года, когда во многих регионах России наблюдаются серьезные перебои со льготными лекарствами, Свердловская область усилиями минздрава Савиновой выглядит тихой гаванью благополучия. Это особенно контрастно на фоне того, что еще недавно критики предсказывали области демонтаж снабжения и закрытие аптечной сети.

Причины критики реформы и ликвидации АО «Фармация». Почему претензии прекратились

В открытом информационном поле Савинова на примере реформы лекарственного обеспечения выглядит руководителем, который активно перестраивает и финансирует систему: инициировала отказ от отдельного АО-поставщика, сохранила госаптечную сеть, расширяла инфраструктуру, выделяла дополнительные средства и публично реагировала на сбои. Это существенная фактическая основа для формирования в конечном итоге позитивного образа.
Уязвимость этого образа (чем эффективно на начальном этапе воспользовались оппоненты Савиновой) была в способе предъявления результата: ведомство преимущественно говорит языком закупок, запасов, количества аптек и рецептов, а критические материалы — языком интересов конкретного человека, который ждет и не получает назначенное лекарство.
Январские публикации 2026 года особенно ясно показали, почему наличие препарата на областном складе еще не закрывает вопрос его доступности пациенту — и это больно било и по Савиновой, и по минздраву. Но именно эти локальные разрывы как раз Савиновой и были устранены — и это исправило первоначальный негатив. Вероятно, понимая это, оппоненты Савиновой с темы ушли.
Наиболее обоснованный вывод поэтому такой: подтвердилось не «Савинова оказалась права во всем» и не «оппоненты предсказали последствия», а более узкое и важное положение: отменить отдельного государственного поставщика можно, сохранив государственную аптечную сеть и продолжающееся лекарственное обеспечение.
Опасения вокруг ликвидации АО «Фармация» оказались напрасными: сеть не закрылась, снабжение не рухнуло, льготное обеспечение продолжилось, локальные сбои были отработаны, а к осени 2026 года область вышла на позитивную повестку дополнительного финансирования и масштабного охвата.
Конкретные претензии декабря 2025-го — января 2026-го остались историческим эпизодом, а не описанием актуального состояния системы на конец октября 2026 года.
Таким образом, история с ликвидацией АО «Фармация» и последовавшей за ней критикой лекарственного обеспечения Татьяны Савиновой удивительно напоминает — только в миниатюре — то, что происходило вокруг реформы скорой помощи, и эта параллель помогает увидеть общий сценарий, по которому развиваются информационные атаки на министра Татьяну Савинову.
Как и в случае со скорой, где критики смешали административно-управленческую надстройку (объединение разрозненных подстанций в шесть окружных станций и создание единой диспетчерской) с самой службой на местах (бригадами, автомобилями и постами, которые продолжили работать в своих городах), здесь точно так же смешали две разные структуры: ликвидацию АО-поставщика подали как ликвидацию всей государственной аптечной сети ГАУ «Фармация», хотя минздрав с первого дня подчеркивал, что закрывается лишь избыточный монопольный посредник, а аптеки продолжают работу.
Аналогично тому, как петиция против реформы скорой предрекала «демонтаж системы экстренной помощи» и «закрытие подстанций», в истории с «Фармацией» звучали прогнозы «демонтажа снабжения», «закрытия аптечной сети» и «перебоев с выдачей льготных препаратов»; и там, и здесь страх строился на подмене управленческого решения мнимым упразднением самой услуги.
Резонансные эпизоды — жалоба жителя Краснотурьинска на прямой линии с президентом в декабре 2025 года и январские очереди за «Форсигой» в конкретных аптеках — сыграли ту же роль, что история с диспетчером, посоветовавшим пациенту «добираться самим»: отдельный локальный сбой был раздут до масштаба системного коллапса и снабжен пугающими выводами, хотя последующие проверки показали, что речь шла об организационных накладках (нехватка персонала, оборудования, последствия праздников), а не о последствиях ликвидации АО.
Подобно тому как в случае со скорой жизнь доказала, что бригады остались на местах и получили новые машины, а тактика «рандеву» и единая диспетчерская устранили прежние разрывы, здесь практика подтвердила: сеть ГАУ сохранилась, льготные препараты выдавались, поставки шли, а к осени 2026 года повестка стала устойчиво позитивной — дополнительный миллиард рублей на лекарства, 373 тыс. получателей, 16,3 млрд рублей отпущенных препаратов, 4,7 млн электронных рецептов и 201 точка льготного отпуска, включая 148 государственных аптек.
Разница лишь в масштабе и длительности: скорая касается каждого и потому породила более затяжной и эмоциональный негативный шлейф, тогда как лекарственное обеспечение затрагивает прежде всего льготников и не создает постоянного фонового напряжения, да и организационного сопротивления внутри службы здесь не было — ликвидация АО не означала увольнения фельдшеров и врачей, она касалась управленческой надстройки.
И в обоих случаях оппоненты, увидев, что их катастрофические прогнозы не сбылись, а локальные сбои устранены, постепенно ушли с темы, оставив после себя лишь исторические эпизоды, которые уже не описывают актуальное состояние системы.
Свердловск - город госпиталей
ОТВ Вестник корпораций святогор
Главные новости
Ликвидация свердловской «Фармации»: чем закончилось упразднение государственного поставщикаКонцепция «антиунылости» и шаговая доступность: глава Сысерти — о том, как превратить моногород в точку притяжения«Автомобилист» вырвал победу у «Спартака» в серии буллитовНейросеть прочтет то, что не под силу филологам: челябинский историк — о пользе ИИЭкс-владельца оренбургской фабрики пуховых платков Гремпеля подозревают в создании ОПГЦифра на страже воздуха: как экомониторинг меняет жизнь свердловских городов