August 21, 2020, 12:50 PM

Уральский топ: человейники для Екатеринбурга, уроки демократии и мятежный монах

ЕАН с помощью экспертов продолжает подводить итоги недели. По традиции в эту пятницу мы обсудили с нашими спикерами последние громкие события, произошедшие в Свердловской области, Екатеринбурге и в мире.

Призраки «человейников» Екатеринбурга

В Екатеринбурге активно обсуждаются изменения в Правила землепользования и застройки города (ПЗЗ), предложенные горадминистрацией. Поправки, разработанные властями совместно с сообществом застройщиков, существенно расширяют возможности последних: если сейчас они должны соблюдать определенные пропорции в освоении полученного земельного участка, то после принятия нововведений получат право полностью застраивать территорию.

Сейчас максимальная доля многоэтажной застройки на участке – 60% (остальная территория предназначена под объекты благоустройства и социнфраструктуры), по новым правилам она будет увеличена до 100%. Кроме того, будут отменены обязательные сегодня отступы от границ земельного участка, также застройщики смогут больше не согласовывать архитектурный облик объектов с городскими властями. По мнению строительного сообщества, все это позволит более творчески подходить к проектированию зданий и сооружений: теперь необязательно будет вписываться в конкретный метраж и соблюдать определенные границы.

У скептиков другое мнение: они считают, что застройщики начнут ставить дома вплотную друг к другу, чтобы получить максимальную для себя выгоду. Таким опасением с ЕАН поделился бывший главный архитектор Екатеринбурга Тимур Абдуллаев.

«То, что отмена действующих правил даст свободу архитекторам, – это полная чушь. Эти поправки – просто попытка строителей по максимуму отжать земельный участок. Они требуют: «Разрешите нам строить, как мы хотим, и снимите все ограничения». Если компания будет применять гуманный подход, то хорошо. А если руководствоваться только выгодой, то последствия могут быть плачевными. В нынешних правилах есть логика здравого смысла. На мой взгляд, например, нужны отступы от границы участка: 3 м – это ширина противопожарного разрыва (необходимого для проезда пожарной техники, – прим. ЕАН), а если собственники соседних участков построят свои здания впритык друг к другу, этого разрыва не будет. И вообще должна быть логика добрососедства между владельцами соседних участков, здания не должны смыкаться. Кроме того, поправки предполагают повышение максимального коэффициента строительного использованияКоэффициент строительного использования земельного участка это предельный параметр разрешенного строительства, т. е. сколько квадратных метров недвижимости разрешают возводить на каждом квадратном метре участка земельного участка с 3 до 4. Строители говорят, что три – это мало. Но это вранье. У нас в Екатеринбурге он равен трем, а в том же Санкт-Петербурге – вообще два. Выше, чем у нас, только в Москве. Поэтому, на мой взгляд, этими поправками строители просто хотят заполучить большую территорию, чем им позволено сейчас», - уверен Абдуллаев.

Но есть и противоположное мнение. Часть экспертов считает, что, во-первых, к драматичным изменениям поправки не приведут, поскольку остается еще достаточное количество сдерживающих нормативов, а во-вторых, что повышение плотности само по себе не является абсолютным злом.

«Я не разделяю всеобщего скепсиса насчет уплотнения застройки. Во-первых, уплотнению застройки препятствуют не только правила землепользования, но и требования к инсоляции, к пожарным поездам и т.д. И они не меняются. Есть множество нормативов, которые препятствуют уплотнению. А те изменения, которые принимаются, — они лишь устраняют некоторые препятствия на пути застройщика вроде того, что берете вы, скажем, поле под застройку и вам можно застроить лишь 60%. Разумеется, вы тогда делаете здание как можно выше, чтобы окупить свои затраты, и это не всегда хорошо, а так у вас появляется возможность и для иных решений», - считает урбанист Владимир Злоказов.

В конечном счете, по его мнению, остается еще и потребительский контроль — если застройщик будет строить слишком плотно, то люди просто не будут покупать такое жилье.

«В конечном счете что строить — определяет рынок, и, если люди покупают, так тому и быть. Я не разделяю общего скепсиса относительно плотности населения. На мой взгляд, у нас плотность не является проблемой. Скорее, наоборот, для поддержания инфраструктуры ее не всегда хватает. Есть районы, где не хватает людей для поддержания покупательской способности для магазинов, кафе - их там нет. Нет проблемы жить в неплотном месте — можно переехать в пригород. Мне, например, нравится жить в условиях высокой плотности, поскольку это означает, что в шаговой доступности находится большое количество объектов инфраструктуры, которые эти люди своими деньгами поддерживают», - поясняет эксперт.

Российскую демократию губят банки и кредитные мошенники 

До конца сбора подписей под народной инициативой за возврат в Свердловской области прямых выборов мэров осталось три недели. За это время организаторы должны собрать оставшиеся подписи в поддержку законопроекта, необходимый минимум - 10 тыс.

По словам участников, цель близка: на сегодняшний день у них уже есть порядка 9 тыс., удастся ли за выходные дойти до желанной отметки — зависит от погоды, но за оставшиеся дни они рассчитывают насобирать 15 тыс. подписей.

Уже понятно: проект состоялся и наступает время подводить первые итоги — все-таки подобная процедура в Свердловской области проводится впервые.

Основной вывод: демократия в России есть, может работать, но ее сильно тормозят банковские мошенники.

«Далеко не все согласны оставлять свои персональные данные, а это необходимо для подписей, таково требование законодательства. Просто все устали от банков, навязывающих свои услуги по телефонам, микрофинансовых организаций и прочих непонятных звонков, и люди боятся сообщать свои данные кому-либо. Даже с муниципальными и государственными органами власти люди не спешат делиться, ведь непонятно, откуда в итоге эти базы данных для обзвонов берутся? Очень много людей, которые говорят: «Да-да, я за вас, но персональные данные оставлять не хочу». Если бы не это требование — мы бы если не 100 тыс., то 50 тыс. точно собрали», - поясняет председатель инициативной группы, депутат думы Екатеринбурга Андрей Пирожков.

Другой вывод организаторов - у населения есть запрос на консервативные перемены. Инициативная группа сознательно, поясняет Андрей Пирожков, дистанцировалась от всех политических объединений, и это помогло понять, что идея перемен популярна среди представителей всех политических движений, включая пропрезидентские, просто обычно людям не нравятся бренды, которые их предлагают.

«В составе инициативной группы есть и члены команды Навального, и «Открытой России», и представители «Единой России», КПРФ, даже монархисты. Но на берегу мы договорились, что инициатива народная и ни одно политическое движение не будет качать ее как свою. В результате у нас подписи ставят и сторонники президента, и члены партии власти — они подходят и говорят: их все устраивает, но «Я хочу, чтобы мой голос был важен», - поэтому ставят подпись», - поясняет Пирожков.

Для Свердловской области, население которой превышает 5 млн человек, даже 15 тыс. не самый весомый аргумент для депутатов поддержать законопроект, а в конечном счете все будет решаться в Заксобрании: проголосуют или нет. Но даже если инициатива не пройдет в парламенте, она уже повлияет на принимаемые решения, надеется депутат.

«Фактически мы через законную процедуру выясняем мнение жителей. И теперь уже никто из депутатов не скажет, что «всех жителей области устраивает существующий порядок выборов мэров» - таких заявлений уже стало существенно меньше. И мы надеемся, что осенью, когда в Госдуме будут обсуждаться поправки в 131-й ФЗ «О местном самоуправлении», там не будет таких радикальных предложений, как звучали, к примеру, чтобы губернатор мэров назначал», - поясняет Андрей Пирожков.

Мятежный монах потребовал от церкви невозможного

На этой неделе произошло очередное обострение конфликта между Екатеринбургской епархией и мятежным схимонахом Сергием (Романовым). Поводом стало распоряжение митрополита Екатеринбургского и Верхотурского Кирилла (Наконечного) о роспуске Среднеуральского монастыря, который третий месяц находится под контролем раскольников.

Сам по себе документ в общем-то безобидный — глава епархии просто предоставил «прописку» монахиням, которые ушли из обители. Однако Сергий и его сторонники восприняли это как покушение на свою независимость. Защитники монастыря вышли к резиденции митрополита Кирилла с требованием собрать Поместный собор. Почему этот пункт является главным для сторонников мятежного схимонаха, объясняет религиозный обозреватель Сергей Беляев.

«Выражаясь светским языком, Поместный собор – это такой церковный парламент, который обладает высшей властью в Русской православной церкви. Он представляет интересы всех слоев церкви — от архиереев до мирян. Соборы обладают законодательной и судебной властью. Они, как правило, разбирают спорные вопросы, которые назрели в пределах РПЦ, вырабатывают реформы. Также Поместный собор (и только он) обладает правом избирать патриархов или отправлять их на покой.

Собственно, по этой причине сторонники схимонаха Сергия и требуют созыва собора. С мая 2020 года бывший схиигумен требует низложить все руководство РПЦ, и решить этот вопрос может только собор.

Правила проведения соборов и его состав регулярно менялся. К примеру, с 1980-х годов по 2000-е Поместные соборы должны были проводиться раз в пять лет. По факту в постсоветское время его собирали однажды — в 2009 году для избрания нового патриарха после смерти Алексия II. За весь XX век их было всего пять.

На протяжении последних 30 лет все вопросы решаются или Священным синодом (включает в себя избранных архиереев), или Архиерейским собором. А некоторые полномочия «церковного парламента» и вовсе были распределены в пользу Архиерейского собора (например, изменение канонических правил).

По действующему положению о Поместном соборе РПЦ созвать «церковный парламент» может или патриарх, или Архиерейский собор. В состав Поместного собора автоматически зачисляются все иерархи церкви, а также главы синодальных комиссий и ректоры пяти духовных академий.

Далее следуют выборные должности. Каждую епархию на соборе должны представлять два делегата (один клирик и один мирянин). Главы епархий могут назначить своих представителей или провести выборы. Также от каждой епархии отправляют по одному делегату, который представляет интересы монастырей. Еще десять делегатов выступают от имени всех духовных семинарий. И десять делегатов набирают из стран, где присутствует Русская православная церковь (США, Канада, Италия и т.д.).

Всего по численности Поместный собор может быть до 1 тыс. участников. Соответственно, созыв «церковного парламента» — процесс небыстрый и высокозатратный. По времени это может занять от двух месяцев и более (смотря, какие вопросы будут разбираться).

На протяжении всей постсоветской истории РПЦ призывы к созыву Поместного собора звучали неоднократно — как со стороны высших иерархов, так и от церковных общин. В Московском патриархате в этом не видят надобности, поскольку вероучительные и правовые вопросы решаются уже в других инстанциях.

Призывы к проведению собора сторонников схимонаха Сергия, с позиции РПЦ, и вовсе выглядят несостоятельными. В масштабах всей церкви «раскольники» представляют собой каплю в море. Да и требование сторонников Романова о созыве собора не сочетаются с заявлениями о нелегитимности патриарха Кирилла и всего епископата. Исходя из этой логики, руководство РПЦ не может объявить о созыве и не может участвовать в соборе. Как тогда должна проходить организация «церковного парламента», ни схимонах Сергий, ни его окружение так и не объяснили», - говорит Сергей Беляев.

Источник фото: Алексей Колчин для ЕАН
Комментировать