July 13, 2020, 6:45 AM
Анна Касюкова

Вице-мэр Алексей Бубнов: Екатеринбург – не «город бесов», это город всезнающих экспертов из Facebook

Пандемия коронавируса поставила на стоп целый ряд проектов по благоустройству и масштабную реформу системы общественного транспорта Екатеринбурга. При этом в городе вновь накаляются «скверные» страсти, на этот раз пикировка идет вокруг реконструкции парка у Дворца молодежи.

О том, когда из трамваев и автобусов исчезнут кондукторы, почему чиновники и горожане так часто говорят на разных языках и как COVID ударил по общественному транспорту, – в интервью с заместителем главы Екатеринбурга по вопросам благоустройства, транспорта и экологии Алексеем Бубновым.

- Мэр Александр Высокинский сообщил, что в июле планируется объявить конкурс на передачу в концессию общественного транспорта. Считается, что эта история ориентирована на группу «Синара» Пумпянского. Как продвигается процесс?

- Речь не только о «Синаре», есть и другие желающие поучаствовать в концессии. Сейчас мы завершаем работу по новой маршрутной сети. В ближайшее время получим результаты исследований, результат всей работы. Конечно, пандемия тормозила эту работу, но надеюсь, что к середине июля результаты исследования будут приняты.

Понятно, что это некая идеальная модель. Понятно, что мы не будем проводить реформу одномоментно, будут определенные этапы. Основной каркас транспортной системы сохранится: трамваи и троллейбусы, экологичные и самые быстрые виды транспорта. 

Автобусы останутся на магистральных маршрутах и будут выполнять роль подвозящих с периферии до центра.

 «А потом останется один Пумпянский»: компания миллиардера взялась за екатеринбургские автобусы 

- А есть вариант, когда автобусов в городе не будет вовсе?

-Такого варианта мы пока не можем себе представить. Теоретически можно думать об электробусах, которые на конечных станциях будут заряжаться. Но это совсем идеальный вариант.

Полностью убрать автобусы - это не при нашей жизни. Шаг концессии - это 25 лет, из них в течение 7 лет будет почти полная замена всего подвижного состава - трамваев, троллейбусов, появление электробусов и т.д.

- Курс на обособление трамвайных путей вызвал недовольство у автомобилистов. Будет ли продолжаться эта практика?

- В конечном итоге это будет везде, заезжать на рельсы нельзя. Просто мероприятия могут быть разные. Например, на проспекте Ленина у нас уже стоят камеры, которые фиксируют такие нарушения.

- Эффективно?

- Конечно, эффективно. На тех участках, где камеры стоят и работают, я практически не вижу машин. Приведу такой пример. Когда возникла необходимость замедлить движение на Макаровском мосту и на мосту около концерна «Калина» в связи с аварийным состоянием этих сооружений, в первые дни там фиксировалось порядка 2,5 тыс. нарушений скоростного режима, сейчас - 100-150. То есть люди учатся. К сожалению, лучшая учеба - за счет собственного кармана.

- «Гортранс» объявил конкурс на приобретение новых, больших автобусов с валидаторами на входе. Планируете отказаться от кондукторов?

- В советский период, где-то до 1993 года, у нас и не было кондукторов. Я помню надписи в трамваях, автобусах, троллейбусах: «Совесть пассажира – лучший контролер», «Бывают зайцы белые, бывают зайцы серые. А ты какого цвета, товарищ без билета?»

 Екатеринбург покупает 57 «бескондукторных» НефАЗов с кондиционерами 

Думаю, в конечном итоге мы должны вернуться к этому. Практика Москвы, других европейских городов показывает, что можно вполне обойтись без физической продажи билетов. Тем более во время пандемии кондуктор - это потенциальный переносчик болезни.

Надеюсь, в ноябре мы получим новые автобусы по федеральной программе. Будем пробовать, смотреть собираемость денег за проезд, будет падение – начнем устраивать рейды, штрафовать.

- В Европе огромные штрафы….

- Я не скажу в точных деньгах, но условно проезд стоит 5 евро, например. Пришел кондуктор с валидатором, если у тебя нет билета - платишь 50 евро. Либо тебя отводят в полицейский участок, но там уже совершенно запредельные штрафы через решение суда. Поэтому в Европе единицы ездят без оплаты.

- В ноябре, допустим, придут эти автобусы, запустится вся эта система. Как скоро можно будет понять, потерял ли город что-то от отсутствия кондукторов?

- Думаю, уже через день. Но опять же по практике Москвы, когда она отказывалась от кондукторов, там падение произошло на треть.

- Падение произошло и потом восстановилось?

- Постепенно оно восстанавливается. Но я просто читаю то, о чем пишет пресса, и то, что говорят коллеги. Насколько это достоверно – сказать сложно.

 В мэрии Екатеринбурга раскритиковали пешеходное «канализирование» с помощью заборов-оградок- Одна из наиболее частых жалоб - автобусов на некоторых маршрутах дождаться проблематично…

- Ни муниципальный транспорт, ни частный не идеальны. С маршрутками ситуация известна и понятна: есть пики пассажиропотока, и в эти пики они работают очень хорошо, даже лучше, чем предписано. А днем, например, их нет. Такого быть не должно, и мы уже начали заниматься оптимизацией сети, у нас пассажиропоток даже вырос в начале года, но пандемия его прибила, все упало ниже плинтуса.

- Какие проекты пришлось поставить на паузу?

- Практически все. Все проекты развития сейчас плохо просматриваются. Спасибо Москве за то, что помогает нам финансово в покупке новых автобусов. Без них бы у нас ничего вообще не вышло.

Сейчас транспорт поставлен на грань выживания, работает на грани рентабельности. Мы помогаем отрасли, в том числе средствами бюджета, на зарплату, на налоги, на приобретение дезинфицирующих средств.

Перестраивались достаточно долго. Но по крайней мере санитарная обработка постепенно идет. Люди постепенно привыкают к средствам индивидуальной защиты, хотя просто заставить надеть маски – тоже проблема.

- Только беседы, видимо?

- Ну да, уговоры только. Бесконечные беседы или сильно негативные новости. Пока человек сам не заболел - не понял. И у нас было две вспышки в двух автобусных предприятиях. К сожалению, там были и смертельные исходы.

- И после этого стали активнее масками пользоваться?

- В автобусах - да.

- А что в плане благоустройства?

- Те проекты, где мы планировали замену тротуарного покрытия на гранитную плитку, тоже пришлось остановить. Практически все свернули, кроме проекта, который у нас был начат в прошлом году, - реконструкция сквера около памятника Попову.

От реконструкции маленьких парков и скверов пришлось отказаться. По факту мы заканчиваем Зеленую Рощу, начинаем парк 22 Партсъезда. Набережные тоже отложили пока. И ту, которая от Макаровского моста до улицы Папанина, и от Макаровского моста до УрГУПСа. Достаточно много объектов благоустройства осталось на паузе.



- А с освещением парка Энгельса решится вопрос?

- С этим парком вообще парадоксальная вещь. Я в нем, можно сказать, вырос и просто по-человечески считал, что парк Энгельса - такая территория, которую надо сделать обязательно. В рейтинговом интернет-голосовании почему-то он оказался на последнем месте среди всех территорий. Для меня это было большим удивлением. Я пытался найти какое-то рациональное объяснение. может быть, там мало жилья в округе…

 В мэрии Екатеринбурга не смогли объяснить странностей интернет-голосования по благоустройству Дендропарка- Но там много людей гуляет.

- В принципе, проект реконструкции уже готов. Нужны деньги.

- А чтобы деньги выделились?

- Нужно время дать экономике, чтобы она поднялась.

- Хорошо. Бесконечные вопросы плитки, бехатона и всего остального. Почему плитка?

- Асфальт все-таки не такой долговечный. Плитка и выглядит эстетично, и эксплуатируется дольше. И в случае если происходят какие-то раскопки - понятно, что под тротуарами разные сети, - плитку снимаешь, потом обратно кладешь.

- На некоторых территориях плитку действительно то снимают, то кладут обратно. Почему подрядчики постоянно что-то доделывают?

- Вопрос к подрядчикам скорее. Опять же к ФЗ-44 о закупках, который нам в качестве основного критерия, если не сказать единственного, делает цену. Предприниматели, которые проводили работу по укладке Ленина-Гагарина-Карла Либкнехта, перекладывают постоянно. Мы не принимаем часть их работы – и люди переделывают. Ну нравится им так, к сожалению.

 Сделать по-человечески: власти Екатеринбурга объяснили перекладку плитки в центре 

- Жалобы на этот закон – вечная история. Почему нельзя выбирать из серьезных компаний, которые просят нормальные деньги за хорошее качество работ?

- Достойная организация должна иметь сильных специалистов, с хорошей инженерной подготовкой, она платит все налоги полностью, в т.ч. и за этих специалистов. У них и руки тоже высококвалифицированные, и техника своя, достаточно дорогая. А в результате приходит ИП, у которого за душой никого и ничего нет. 

Конечно, желательно, чтобы по таким работам все-таки больше внимания уделялось опыту.

- Но даже этот закон, на который все жалуются, подразумевает возможность отсечения индивидуальных предпринимателей без опыта…

- Тот опыт, который указан в ФЗ-44, - это количество выполненных подобных контрактов, а то, насколько надлежащим образом они выполнены, не учитывается. Даже гарантийные обязательства, по которым наши подрядчики постоянно перекладывают плитку «на радость» всему городу, не дают нам достаточных оснований для внесения их в реестр недобросовестных поставщиков. Формально опыт у них есть, и он даже приумножился.

Надо ставить все с головы на ноги. Я надеюсь, что законодатель, Госдума, федеральные органы власти посмотрят на все это более пристально. Когда у нас в Екатеринбурге проходил федеральный форум «Дорога», федеральные спикеры говорили: «Вы должны идти к подрядным организациям, смотреть наличие у них техники, своих заводов». Мы с коллегами из регионов сидели, слушали… Прекрасно. Молодцы. Все правильно говорят. Только в законе требование к наличию технической базы в полном объеме не предусмотрено. 

Хотелось бы, чтобы все замечательные слова были облачены в букву закона. А пока на всех уровнях, на всех совещаниях все соглашаются с тем, что ФЗ-44 плохой.

- Его защитники говорят, что он мешает заводить в конкурсы крупных игроков, с которыми у вас, чиновников, могут быть какие-то связи…

- А что плохого, если на тот или иной проект зайдет крупный игрок? Который все сделает качественно и в срок. Мы же начальную максимальную цену контракта все равно фиксируем. Я вот ничего плохого в этом не вижу.

- Мы же не должны маленьких предпринимателей кошмарить…

- У нас так сделан сейчас закон, что мы не кошмарим никого, скорее, они нас кошмарят.

Вот ИП Шамов, который плитку укладывал в снег на проспекте Ленина. Мы бегали за ним два месяца просто для того, чтобы он начал работать.

И по действующему закону вопросы о «плитке в снег» нужно задавать Шамову, а не мэру города и не мне, его заместителю.

- А он окажется в реестре недобросовестных поставщиков?

- По закону - нет. Более того, он выиграл проведение работ по благоустройству в городе Заречный, и мы уже наблюдаем, как он там работает. Возможно, он потренировался в Екатеринбурге и хоть там все нормально сделает? Если есть желание и возможность, возьмите на контроль. В Заречном он какой-то парк реконструирует. Дай бог чтобы все там получилось.

У меня, как у контролера, должны быть какие-то возможности, штрафные санкции, чтобы наказать человека? Ну вот он приходит, сидит, плачет у меня в кабинете и говорит: «Нет денег. Заплати, пожалуйста». А я как же тебе заплачу, если ты работу выполнил некачественно? Я не имею права тебе заплатить. Он говорит: «Я тогда не смогу работать дальше». Я тогда начинаю договариваться с поставщиком гранита, чтобы ему гранит дали в долг. Он опять приходит и плачет, что у него нет денег заплатить рабочим. 

С крупным строительным трестом такого рода вопросов не было бы совсем. Но он пошел, снизился на торгах на 15%, получил контракт - и вот результат.

- Перейдем к главной теме последних пары недель – реконструкции парка 22 Партсъезда. Часть горожан выступает против проекта. Насколько реально выполнить их требования?

- Сложно ответить на этот вопрос, потому что люди, которые ходят на эти сходки, до конца свои требования сформулировать не могут. Базовые из тех, что я слышал: «Остановите работы, принесите нам несколько проектов, мы выберем которые нам понравятся, и дальше мы разрешим вам работать».

- Кто эти люди, которые хотят выбирать и разрешать?

- Самый яркий представитель - это председатель ТСЖ «Хомякова, 17» Виктор Семин, который когда-то был депутатом городской думы. Он почему-то считает, что территория парка - это его придомовая территория. И его позиция такая, что ничего не надо делать, это природный парк, оставьте все как есть.

Есть группа «Парки и скверы», члены которой тоже почему-то считают, что они являются великими экспертами по всем вопросам благоустройства Екатеринбурга. 

У нас, наверное, уникальная ситуация: целый город экспертов. Не бесов, нет, - город экспертов. Как в той шутке из соцсетей: в 70-е годы экспертом был профессор института, в 80-е - аспирант, в 90-е - студент, а в наши дни главный эксперт – условная Катя из Facebook.

Меня удивляют, например, разные «урбанисты». Человек просто взял - и назвал себя каким-то урбанистом, великим экспертом. И все средства массовой информации радостно его цитируют, а всех остальных поносят. Ну меня-то ладно, я себя к экспертам не причисляю, я - просто управленец. 

К слову, к работе администрация города экспертов привлекает обязательно, но только тех, кого мы считаем настоящими специалистами. Если касается деревьев, то это преподавательский состав Лестеха или Сельхозакадемии. Что касается ландшафтного дизайна, то это по-старому стройфак УПИ или УрГАХА и других наших замечательных институтов.

Ко мне приходят профессиональные агрономы и говорят: «Что несут эти люди по поводу того, что прокладывают кабели, рвут корни деревьев и деревья от этого портятся? Наоборот, в некоторых случаях то, что связано с корнями, помогает дереву омолодиться». Но «эксперты» продолжают распространять вещи, которые вообще не соответствуют действительно, какие-то картинки…

«Да вы что! Это же деревья! Их сейчас все спилят!» - говорят они.

Но это неправда. Убирается всего 14 аварийных деревьев. А на остальных - по-моему, их 40 - происходит подрезка, кронирование, еще какие-то мероприятия. Никто ничего уничтожать не собирается.

- Ну то есть сейчас диалог будет происходит следующим образом. Вы и ваши коллеги будут объяснять, что на самом деле будет происходить.

- Не совсем так. Есть определенные вещи, с которыми мы согласились. Какие-то площадки подвигали, какие-то дорожки. Где-то объяснили, почему это делать нельзя. Убрали амфитеатр, например. С беседками сейчас смотрим – может быть, их и не надо делать.

Но давайте честно: вот эти активисты – они не являются выражением воли всего полуторамиллионного города.

- А воли людей, которые живут рядом…

- Это парк для всех горожан, но он не является природным. Раньше там вообще был ипподром, потом был построен Дворец молодежи лет 45 назад, и потом, видимо, горожане и партийные работники к 22 партсъезду высадили все, что было под рукой, - и получилось такое замечательное место. Поэтому это надо сохранять. Наша основная задача - не мы делали, не надо доламывать это все. Все, что нам предки передали, надо это все в нормальном состоянии содержать. Но опять же есть какой-то чат дома, и многие в этом чате, мамочки писали - пойдемте жаловаться на мэра, пусть он нам построит освещение в парке.

- Но освещение - это важно. Это как с парком Энгельса. Вроде маленький парк и в центре, но вечером там можно гулять только с собакой…

- Согласен с вами, там как лет 20 назад отключилось освещение, которое там было, так оно и не работает. Меня вот удивляет отсутствие какой-то толерантности, что ли. Есть агрессивное меньшинство: «Я так хочу, и вы должны ко мне прислушиваться». Причем человек не хочет где-то идти на компромисс.

Поэтому, да, будем объяснять свои решения. Где есть рациональное зерно - конечно, будем прислушиваться.

- Есть риск, что благоустройство встанет из-за таких акций протеста?

- Такая вероятность имеется. Но надо понимать: это федеральная программа «Комфортная городская среда», федеральные деньги выделены. 90% проекта - бюджет федеральный. Если идти на срыв - мы не получим хороший парк ни для этой группы, ни для всех горожан.

- А там с подрядчиками все в порядке по этому парку? Не такие, как ИП?..

- Мы работали с этой подрядной организацией. Я знаю ее учредителя, с другими компаниями с этими учредителями построен крупный объект - такой, как ЖК «Бригантина» на Репина. Вроде бы весьма состоятельные люди, выходцы из известного строительного треста, который школы строил еще в советское время. Меня вообще удивило, что они заявились в этот проект. 

Еще одним откровением стало то, что руководителем проекта является бывший замглавы Верх-Исетского района по вопросам благоустройства, тоже совершенно вменяемый человек. А протестующим это не нравится: «Это же коррупция. Что же вы делаете. Это же коррупция!» Я не вижу ничего плохого.

В своей работе как чиновники мы регулярно сталкиваемся с проблемой некорректного и изначально негативного отношения в свой адрес. Вот сейчас в Госдуме рассматривается законопроект о штрафах за хамство чиновников, давайте включим в этот проект статью и о хамстве граждан в отношении чиновника. Пусть будет равноправие.

А где же равные права? Я понимаю, что есть определенные требования гражданского общества, но почему равноправия-то нет?

 Мэрия Екатеринбурга опровергла слияние метро и наземного транспорта в единый МУП 

- Давайте про благоустройство закончим. Я хотела спросить про новые интересные виды транспорта. Трамваи-гармошки, канатная дорога - что-то новое в маршрутной сети будет представлено?

- Канатной дороги в этой версии маршрутной сети пока не будет, к сожалению. Трехсекционные трамваи будут, чьего производства - пока не знаю. Новый трамвай Уралтрансмаша пока ездит с мешками с песком, имитирующими загрузку.

- А он будет с валидаторами? Без кондукторов?

- Нет, пока там будут кондукторы. Но в итоге да, весь новый транспорт будет с валидаторами.

- Коллеги еще меня попросили, чтобы вы объяснили, что такое брутто-контракты.

- Это просто. Брутто-контракт – это когда вся собранная транспортниками выручка зачисляется в бюджет, а бюджет платит перевозчику вне зависимости от размера выручки фиксированную сумму за проделанную транспортную работу.

Перевозчику это удобно, бюджету - не очень, потому что перевозчику будет без разницы, сколько он народу перевез. А бюджет все равно будет платить за транспортную работу. Но горожанам будет удобно, потому что будет делаться 100% транспортной работы. 

Просто затраты бюджета после перехода на брутто-контракт существенно вырастут. 

В Перми, которая начала переходить на брутто-контракт, затраты бюджета на транспорт выросли в разы.

- О каких сроках перехода идет речь?

- Мы попали в перечень территорий - Екатеринбург, Волгоград, Нижний Новгород, по-моему, Ижевск и еще кто-то, - где этот переход будет осуществлен с привлечением средств федерального бюджета.

Не просто переход на брутто-контракты, а реновация через концессию всего транспорта. Со всеми инновациями. контрактами, валидаторами, всем остальным.

Первое крупное совещание на этот счет было в Москве еще в марте. К сожалению, пандемия все эти моменты сдвинула. К середине года все эти территории и проекты должны были заслушать на очень высоком уровне, на уровне руководителей федерального правительства, но сейчас процесс притормозился. Но в итоге, надеюсь, все задуманное будет реализовано.

Источник фото: Алексей Колчин для ЕАН
Комментировать