January 31, 2020, 5:05 AM

Политическая колонка Александра Пирогова. Коронавирусный вызов власти

На этой неделе эпидемия коронавируса возглавила топ обсуждаемых тем, обойдя и изменения политического ландшафта, и грядущие поправки в Конституцию. Что, в общем-то, немудрено. Никто не сомневается, что поправки примут, а вот от злобной китайской угрозы можно ожидать чего угодно. 

И пусть в России еще не выявлен ни один заболевший, экстраординарные меры - закрытие границ, отмена авиа- и ж/д сообщений - значительно повысили градус тревожности в обществе. 

Защитная реакция в виде различных слухов, мемов, домыслов мгновенно распространилась по социальным сетям и мессенджерам. 

«Дядя из министерства здравоохранения сказал…», «Елена Малышева съела летучую мышь…», «Ежедневно пейте водку», «Китайский боевой вирус для оккупации Сибири и Дальнего Востока», «Не бойтесь, это Трамп перед выборами начал торговую войну с китайцами», «Лекарства нет - ешьте чеснок и мойте руки».

Достаточно поверхностного анализа, чтобы расшифровать простые смыслы этих сообщений: недоверие официальным институтам, их возможности повлиять на ситуацию, кризис «оптимизированного» здравоохранения и малые надежды получить качественную медицинскую помощь. Как следствие - водка, чеснок и Елена Малышева становятся в массовом сознании суррогатными столпами, на которых держится современная медицина. 

 «Держись, Ухань!»: художница из Екатеринбурга рассказала о жизни на родине китайского вируса-убийцы (ФОТО/ ВИДЕО)Ситуация с распространением вируса, к счастью, пока далека от панической, но уже вызывает сильное беспокойство. Так, опросы, проводимые в популярных Telegram-каналах, показывают следующие цифры: 19% испытывает чувство страха из-за возможного заражения коронавирусом, 31% испытывает некоторые опасения, 50% не испытывают ни страха, ни опасений. В то же время 76% уверены в том, что вирус искусственного происхождения, и только 24% считают, что он появился естественным путем. 

Предположу, что классический офлайновый соцопрос среднестатистических граждан РФ показал бы более тревожные результаты. 

Все эти тревоги, слухи и домыслы отягощаются последствиями оптимизированной медицины и ложатся на хорошо удобренную почву. А в умелых руках могут превратиться в мощное оружие политической борьбы. 

Медицина – одна из главных проблем в Свердловской области. Трудности в этой сфере касаются буквально каждого, и у каждого же есть личный пример и яркая иллюстрация происходящего. Например, моя мама несколько месяцев стояла в очереди на УЗИ, но так и не дождалась, потому что ее попросту «забыли» записать. Брат объехал четыре больницы в поисках детского хирурга, когда его дочка получила травму, - пришлось ехать в частную клинику. Друг с огромным трудом смог записать отца с только что ампутированной ногой на прием к хирургу…

 На Урале на борьбу с китайским вирусом-убийцей бросили ФСБВрачей катастрофически не хватает, нагрузка на оставшихся огромна, количество поликлиник и ФАПов сильно сократилось. В больницы приходится отправлять специальных коучей, чтоб убедить оставшихся врачей не уходить с работы. 

Только с помощью вмешательства прокуратуры и ФСБ удалось не допустить бунт водителей скорой помощи в Екатеринбурге. А в Богдановиче проблемы с прачечной городской больницы стали откровенно политическими и использовались для дискредитации спикера Заксобрания Людмилы Бабушкиной.

Любой новый медицинский скандал сейчас, особенно в преддверии всероссийского голосования по поправкам в Конституцию и приближающихся выборов, будет ударом по государственной власти и персонально губернатору Евгению Куйвашеву.

На страх распространения коронавируса может наложиться еще и традиционный февральский грипп. Карантин в школах и детских садах, тройная нагрузка на больницы и поликлиники, недостаток официальной информации и отсутствие эффективных лекарств могут усилить панические настроения и достаточно быстро конвертироваться в политическую плоскость.

Еще одна проблема в том, что большая часть чиновников и депутатов совершенно искренне считают, что с медициной все в порядке. Деньги выделяются, ремонты проводятся, оборудование закупается, а оппозиция и прочие «общественники» просто сгущают краски в своих целях. Один известный депутат мне и вовсе заявил, что считает нашу систему здравоохранения лучшей в мире: «Я много езжу по миру и вижу, как там все устроено, очень дорого, страховки, скорую не вызвать. У нас вообще с этим нет проблем». 

 Водители екатеринбургской скорой согласились работать на условиях подрядчика до 10 марта 

Только избирателям так не говорите, посоветовал я, а то на кол посадят.

Но вернемся к коронавирусу. 

Социологам давно известны три уровня провокации паники.

Массовая модель. При которой паника возникает спонтанно среди широких масс населения как реакция на страх, угрозы и социальный стресс. 

 «Все вопросы – к минздраву»: власти Екатеринбурга прокомментировали импортозамещение для диабетиков 

Элитистская модель. При которой паника вызывается специально, целенаправленно, как результат деятельности политической элиты для отвлечения общества от реальных социальных проблем или достижения своих целей. Например, использование карантинных мер для пресечения митингов и акций протеста.

Модель заинтересованных групп. Когда профессиональные, религиозные, политические, общественные медиагруппы и организации сознательно нагнетают страх, ужас и тревогу для привлечения внимания к определенной теме для получения конкретных политических и финансовых выгод.

При этом практически невозможно сформировать ощущение угрозы там, где изначально не было никаких предпосылок к этому. Массовый страх и паника, как правило, получают наибольшее распространение при наложении хотя бы двух моделей: из смутных тревожных ощущений народа (в медицине все плохо) и фокусирования этих ощущений элитой, активистами или СМИ на конкретных фактах (нет врачей и лекарств, угрозы распространения, образ врага и т. д.).

 «Триазаверин», который рекламирует депутат Госдумы Петров, не вошел в список препаратов для борьбы с вирусом-убийцей 

Сегодняшняя, актуальная угроза коронавируса (независимо от ее реальности), помноженная на проблемы здравоохранения, запрос жителей на доступность и качество медицинских услуг, соблазн и простоту использования острой темы в политической борьбе (как межэлитной, так и на ближайших выборах), создает для региональной и федеральной власти повышенные риски и вызовы. Которые нужно прогнозировать и реагировать на упреждение. Сами собой они не рассосутся.

Источник фото: Алексей Колчин для ЕАН, pixabay.com, Антон Гуськов для ЕАН
Комментировать